Кровь бросилась мне в лицо от этого намека, но я промолчала, потому что Жозеф ничего не понял и заявил с восторгом:
— Ваше величество может рассчитывать на мою жену каждый вечер, для нас это честь!
Если бы я могла, я бы сейчас ущипнула Жозефа, чтобы он пришел в себя и прозрел, наконец. Но я сидела на скамейке с лютней, а мой муж стоял возле короля, готовый исполнить любой его приказ. Я закусила губу, глядя в пол, потому что боялась поднять глаза и встретить взгляд, который чувствовала всей кожей.
— Хотите сыграть в шахматы, сир? — предложил Жозеф.
Король согласился, и мой муж передвинул шахматный столик, а потом принес шкатулку с шахматными фигурами.
Игра началась, и мужчины совсем забыли обо мне, увлеченные войной — пусть и ненастоящей. Только тогда я осмелилась посмотреть на них. Они одинаково склонились над доской, и я видела их профили на фоне огня в камине.
Лицо короля, казалось, состояло только из резких линий и углов — горбоносый нос, упрямо выдающийся подбородок… Он напоминал сапсана, готового броситься на жертву.
Жозеф походил… походил на щегла — был такой же яркий, подвижный, звонкий.
Даже голову к плечу он склонял по-птичьи — легким, игривым движением.
Я не раз играла в шахматы с Жозефом и сразу поняла, что он поддается.
Начинать четвертую он отказался и потянулся, разминая мышцы.
— Уже поздно, сир, — тут же подхватил мой мух, — вы желаете переночевать у нас? Я прикажу, чтобы приготовили комнату.
— Да, не хотелось бы возвращаться ночью, — милостиво согласился король. — Ужеив самом деле поздно."
"— Это огромная честь, — Жозеф торопливо поднялся, предлагая его величеству следовать за ним. — Мы устроим вас наилучшим образом.
Я испытала невероятное облегчение от того, что мой муж сам занялся устройством короля на ночлег и убежала в спальню, надеясь, что завтра неприятный гость уедет, и моя жизнь пойдет по-прежнему.
Зачем король приехал? Его фраза о дуэте по вечерам походила на издевку, но больше он не сказал ничего, что можно было бы истолковать двусмысленно.