Это сводило меня с ума: хотелось делать с ней все мыслимые и немыслимые вещи, что часто мелькали у меня в голове, когда я думал о Лене. Член буквально распирало, настолько она была узкой, влажной, мягкой, податливой.
Почувствовал, что она немного расслабилась, и оторвался от неё, тронул губами чуть влажные глаза. Её взгляд скользнул к нижней части моего лица, и я снова поцеловал её: глубоко, до головокружения, до болезненного укола в сердце, до дрожи в теле. Не мог больше держаться, не хотел. Я наслаждался ею.
Напоследок быстрые движения бёдрами, и я почувствовал, что мир внутри меня запульсировал и качнулся, закончив прямо в неё. Продолжая двигаться в ней, желая немедленно повторить всё, что сейчас было. Я не зря ждал…
— Ты кончил в меня, Беркутов… — слегка отрезвляюще, обеспокоенно.
Я разомкнул глаза и не сразу сфокусировал своё размытое похотью зрение на ней. Она была уязвлена в такой момент, выглядела открытой, застигнутой врасплох.
Я вздохнул и откатился от неё, притянув к себе, давая время нам обоим выдохнуть.
— Беспокоиться тебе не о чем... Кажется, мне придётся тебе рассказать…
Глава 28
от лица Лены
— Ты кончил в меня, Беркутов… — задыхаясь прошептала я.
Казалось бы, если мы хотели быть вместе, то ничего страшного. Я вообще не подумала о том, чтобы предохраняться. А надо бы. И Ваня забылся. Оба как дураки. Влюблённые.
Ваня разомкнул глаза и не сразу сфокусировал своё размытое похотью зрение на мне.
Беркутов вздохнул и откатился от меня, затем притянул к себе, дал время нам обоим выдохнуть, прежде чем заговорить.
— Тебе не о чем беспокоиться и, кажется, пришло время тебе рассказать…
Я устроилась поудобнее на его груди и смотрела на мужчину пристально, внимательно, пока он тщательно старался не встречаться со мной взглядом.
— Пиздец, как сложно, — Ваня поцеловал меня в лоб и осторожно перевернув на спину, встал, подошёл к брюкам, пошарив в карманах, — курить бросил давно, а привычка старая осталась, — пробормотал.
Обнажённым прошёл к окну и опёрся о подоконник ладонями на вытянутых руках. Я почувствовала лёгкую прохладу без него, и, встав, подошла, положив руку на спину, чуть приласкав.
Ваня вздрогнул и бросил короткий взгляд в мою сторону, сгребая в медвежьи объятия, усаживая на холодный подоконник.