Ваня согласно кивнул.
— Я не мыслю себя без неё. Да, девочка биологически мне не дочь, но я усыновил её и мне всё равно, что она мне неродная по крови, — произнёс Иван слегка с горчинкой.
Всё равно ведь где-то внутри, пусть и глубоко, задевало. Собственник, а согласился, чтобы жена забеременела от другого… Почему не пробовали ЭКО? Столько вопросов! Но задавать я их так и не осмелилась. Вспомнила его пространную фразу об измене и цокнула языком, досадуя на себя, надо было немного позже завести сложный разговор.
Ваня как будто очнулся от своих мыслей и обнял меня, притянув к себе, поцеловал в макушку. Я не торопила, а он, видимо, подбирал слова."
"— Мы познакомились с Настей пятнадцать лет назад, на стажировке в Германии. Всё закружилось, завертелось. Поженились через год и были счастливы. Настя очень хотела детей. Но после того, как мы прожили вместе пять лет слова врачей, что я бесплоден, разрушили нашу семью. Это произошло не в один день. Мы лечились… Мы прошли все необходимые процедуры, мы пробовали всё, что на тот момент было доступно современной медицине.
Я уже знала с каким. С тем наглым, бесячим мужиком, что мы встретили в кафе в приморском городке, смотревшим на женщин прилипчивым взглядом.
— Но Настю я не виню несмотря на произошедшее, я ведь тоже изменял, мы были, в общем-то, квиты.
Ваня сел на кровати.
— Я поговорил с обоими и отпустил их на все четыре стороны. С Настей я развёлся, без делёжки в суде отдав положенное по закону. Однако имущество она профукала, деньги быстро у неё закончились. Настя родила и однажды позвонила мне, рыдая, зовя на помощь, в трубку истошно орал ребёнок.