А незнакомец улыбается, лениво и уставше, но улыбается, слегка прищурившись.
Пока я буквально чувствую его взгляд кожей. Взор, мягко скользящий по ней, оставляет огненные следы. Мужчина проводит пальцами по руке в резковатой манере. Будоражить у него получается меня не меньше, даже от таких касаний, но что сказать, если он сам по себе грубый. Это видно невооруженным глазом.
Я опускаю слегка припорошенный восторгом взгляд и тут же напарываюсь на сбитые в кровь руки. Ссадины на каждой косточке, кое-где даже торчит израненная кожа.
У такого мужчины даже спрашивать не нужно, откуда эти разукрашки на руках, потому что они как раз очень органично вписываются в общий антураж. Они ему идут, как бы это дико ни звучало.
Совру, если скажу, что по спине странный трепет не скользит сейчас, совру, если скажу, что он абсолютно обычный мужчина. Это необычный мужчина, в нем чувствуется бешеная энергетика, и пусть я еще соплячка, но это понимаю.
Примерно такая же энергетика излучалась от моего отца, вот почему я сейчас так легко могу ее распознать.
—Алексей, — произносит он, отчего вибрация по телу прошивает меня с ног до головы.
—Нина, — без зазрения совести вру я, ведь у нас это все закончится максимум на утро, а дальше — свободны как в море корабли.
Девчонки на перебой говорят свои имена, но я вижу только направленный острым пиком взгляд на меня. Видимо, других сейчас не существует ни для меня, ни для него. Ощущая, как сердце отбивает чечетку, я стеснительно улыбаюсь. Щеки горят, и вся кожа представляется мне раскаленной поверхностью.
—Ладно, подруга, мы пойдем внутрь, вам мешать не будем. Алексей, если с ней хоть что-то случится, я за себя не ручаюсь, — Мариша вклинивается, заставляя Алексея перевести взгляд на нее. Моментально вижу разницу между тем, как смотрят на меня и на нее. Мелочь, а приятно.
—Ничего не случится, я представитель закона, так что можете не волноваться, — он говорит это с юмором, легко и непринужденно, а у меня все замирает.
Закон. Представитель закона.
—Ого, даже так, ну тогда, В...— Настя почти все портит, — вы проведите хорошо время, — вовремя выкручивается подруга, и я с облегчением выдыхаю застрявший комом воздух.
Четко прочитав ситуацию, подруги сливаются, оставляя меня наедине с Алексеем. По-нормальному, я бы в жизни на такое не отважилась, но в нем не чувствуется угрозы. Он какой-то очень безопасный, большой медведь, способный закрыть собой в случае возникшей угрозы.