— Напали на гнездо, — проговорил Ион одними губами, чтобы чародеи двора наместника не услышали. Им сообщили, что мятежники хотят захватить трон. Они ничего не знали о резиденции Кей Ла Мо.
Элган кивнул. Каменное лицо не выдало его облегчения. Сражение — это обнадеживает. Это означает, что мятежники не заключили с Вердой соглашение и не сдали ей Юлию, как предположил Ион. У них другие цели. А значит, у него еще есть время.
До Верды они так и не могли «достучаться». Элган начал сканировать по очереди ее приближенных адептов.
«Милорд, это вы? Вы пришли на подмогу?»
«Да, Лесташ. Можешь доложить обстановку?»
«Гемайцы напали, милорд! Их селаиры пробили защитные барьеры, ворвались во двор резиденции и атаковали!»
«А сигнальные форпосты?»
«Вышли на связь, когда битва уже началась! К ним применили сонные чары багряных стражей! А предводитель гемайцев бил по нам еще несколькими заклятиями из арсенала стражей. Другие зовут его капитан. Милорд, я не знаю, оживили гемайцы прах одного из капитанов прошлого или он — сам возрожденный капитан… но он просто зверь! Даже воздух подчиняется ему!»
Элган вздрогнул.
«Что с леди Вердой?»"
"«Миледи в сердце цитадели. Туда враги не добрались. Миледи не вступала в бой. Пока мы еще держим оборону».
Правило Кей Ла Мо, вбитое Вердой с детства, — самый главный держится в тени до последнего. Лишь когда ресурсы исчерпаны, когда между ним и врагами не осталось заслонов — только тогда он пускает в ход собственную мощь.
Паучиха будет отсиживаться в глубине логова и смотреть, как гибнут один за другим ее ученики. И если ее не сумеют отбить у врагов — она встретит тех лично.
«Потери?»
Лесташ перечислил убитых и раненых.
«Те, кто сражен на моих глазах. Даже сейчас, пока мы на связи, кто-то мог погибнуть».
«Держитесь, Лесташ. Мы с его величеством идем».
Маг рассыпался в благодарностях. Элган скрипнул зубами. Нет, он не желал избегнуть драки. Он горел жаждой сокрушить мерзавцев, похитивших Юлию.
Теперь он понял, для чего им сила сирены. Сильнейшее оружие. Они не хотели союза с Вердой. Хотели убить ведьму. И остальных. Какая ирония.
Сам Элган хотел ровно того же самого. Но попробуй он сказать о том врагам — не успеет и рта раскрыть. Его прихлопнут, он даже не пикнет. То есть попробуют. Никто не станет слушать.
И Юлю заставят сражаться против него. Сладкие чары сирены превратятся в разящий клинок. Выход один.