Я все обустрою, - Лео наравне с непонятно откуда взявшимся мужчиной переносил сумки из коляски. Этот незнакомый третий, с лицом, перепачканным сажей, в одежде много хуже, чем у моих знакомых, постоянно пялился на меня, как будто следил, чтобы я не пропала, или пытался запомнить.
Я одернула себя, решив, что не стоит вешать ярлыки за грязное лицо. Лео подал мне руку, и я поднялась на платформу. Каково же было мое удивление, когда обнаружилось, что это совсем не пассажирский поезд, и ехать нам придется сидя на досках, которые вез этот состав.
Лео остановился там, где две стопки досок были не выше колена. Я огляделась. Здесь в вагоне был невысокий бортик, были крыша и пол. А стен не было вообще. Грязный мужчина, прыгая по доскам, завешивал один из углов грубой и плотной тканью.
— Дождя быть не должно, но если начнется, лучше снять ее и накрыться, - коротко проинструктировал он и ушел.
— Присаживайся. Все наши вещи будут нам и креслом, и кроватью, - довольный Лео указал на мои баулы и свой единственный чемодан. Он был так мал, что уместиться в него могли лишь пара обуви, одна смена одежды и белья.
— Простите, мои вещи собирала Элоиза, и я не знала, что брать так много просто нельзя, - присев и осмотревшись, ответила я. Уперев сумки в невысокий борт, у меня получилось сделать хорошую спинку, на которую можно было опереться.
- Возьмите мою сумку. Они все мягкие, и вы не будете откидываться на дерево.
— Спасибо, - неожиданно быстро согласился Лео и снова напомнил: - Не называй меня на «вы». Привыкай говорить «ты» или «брат». Это место не особо подходит для молодых мисс, но со мной ты будешь там в безопасности. Да и приехал я совершенно неожиданно: никто так и не узнал, что я был в Бостоне. Оскар хороший детектив и продумал все до мелочей.
— Значит… там, куда мы едем, совсем нет женщин? – мне стало несколько не по себе.
Тем временем поезд выдохнул, как огромное железное существо. Облако дыма обволокло вагоны и перрон, потом раздался гудок, и платформа под нами дернулась. Я всматривалась туда, где была станция. Хотя станцией это место было назвать невозможно: просто большая будка, где можно было купить билеты. И, как оказалось, пассажирские поезда здесь большая редкость.