Каждый раз, приезжая на Кипр, твой отец рассказывал о своей маленькой девочке... Помню, это было в вашем доме, в Нортумберленде. Я тогда только вошел и, остановившись посреди квадратного холла, посмотрел вверх, в большое окно с витражами над площадкой между лестничными пролетами. Сквозь окно пробивался одинокий солнечный луч. Совсем неплохо для английского лета, – высказал он свое мнение со сдержанным юмором. – Вдруг маленькая девчушка – облако серебристых волос, белое платьице и совсем незагорелые ноги, – усевшись на перила задом наперед, со свистом съехала вниз.
– Я этого не помню, – произнесла Би, странным образом тронутая словами Леона."
"– Неудивительно. Плюхнувшись на попу, ты тут же принялась плакать. На твои крики прибежала твоя верная тетушка Лил, схватила тебя на руки, прижала к своей внушительной груди и куда-то унесла.
Все еще погруженная в лестные объяснения Леона о том, почему он всегда называет ее полным именем, Би не обратила внимания на злость, проскользнувшую в его тоне.
– Это уже неважно. Как говорится, много воды утекло с той поры. – Би широко зевнула, прикрыв на секунду глаза. Предыдущая ночь давала о себе знать.
– Я тебе надоел, да?
Он так резко произнес эти слова, что Би подскочила на сиденье и огляделась вокруг. Они остановились возле ее дома, и салон автомобиля озарился светом уличных фонарей. Би посмотрела в сторону Леона. Он повернул к ней искаженное гневом лицо, глаза его яростно сверкали.
– Нет, нет, конечно, нет, – поспешно стала она отрицать. Хотя Леон больше не имел над ней прежней власти, Би решила не ссориться с ним. – Сегодняшний ужин доставил мне огромное удовольствие.
– Потому что твой друг Джек не желал расставаться всю ночь, так ведь? – грубо поинтересовался Леон.
– Перестань хамить, – так же резко ответила Би. – Если ты не в состоянии, иметь платонические отношения с представителями противоположного пола, не надо думать так обо всех остальных. У меня много друзей среди мужчин. Именно друзей. Хотя в любом случае это не твое дело.