Если бы Леон испытывал к ней хоть какие-нибудь чувства, он бы позвонил, чтобы сообщить, где находится. С этими горькими мыслями Би вернулась в комнату для отдыха. Она выглянула в окно и увидела, что буря закончилась. Робкие солнечные лучи пробивались сквозь последние тучи, но лучи эти не коснулись сердца Би. Там царили уныние и дурные предчувствия.
Она любила Леона, и ей показалось, что тот поцелуй на берегу, у Скалы Афродиты, был чем-то особенным – обещанием и признанием в любви. Би показалось, что Леон испытывает к ней такие же чувства, как и она к нему.
Леон появился в три часа.
– Я был уверен, что найду тебя здесь. – С этими словами он вошел в комнату. В своем безупречном темном костюме он выглядел, как всегда, впечатляюще мужественным, но проведенная на ногах ночь не могла не сказаться на нем. Би увидела темные круги у него под глазами, заметила углубившиеся складки в уголках твердых губ.
– Где же мне еще быть? – резко ответила Би, стараясь изо всех сил не обращать внимания на то, как он измучен. – Ты же запретил мне уезжать, помнишь? – После этого напоминания, высказанного холодным тоном, в комнате повисла напряженная тишина. Леон смотрел на нее сверху вниз с явным раздражением, которое выдавали его напряженно сжатые губы.
– Я помню. Именно об этом я и хочу поговорить с тобой, – решительно произнес он и сел в кресло напротив Би.
– Ты пропустил ленч, – выпалила она, – а горничная ушла домой. – На самом деле Би хотелось спросить, где, черт возьми, он провел прошлую ночь? Но Би не решилась задать этот вопрос.
Леон издал короткий и резкий смешок.
– Наверное, я должен был позвонить тебе, но у меня не было времени. Организация похорон старого друга – достаточно тяжелое дело.
– Я понимаю, – сдавленно произнесла Би, надеясь услышать подтверждение, что это была единственная причина, по которой он пренебрег ею.
– Неужели? – Леон вздохнул. – Я думаю, что нет. – Подняв голову, он посмотрел на нее – взгляд черных глаз встретился с настороженным взглядом голубых.