О твоей работе прислугой, он возвращает мне невинный ровный тон, но его глаза метают чёрные молнии, а в голосе сквозит скрытым раздражением.
Отчётливо чувствую, что обстановка внутри кареты накаляется. Мне вдруг становится жарко, хоть окно открывай.
Ммм, и что с ней не так, с моей подработкой в пекарне? уточняю невинно, касаясь подбородка кончиком указательного пальчика и делая вид, что задумалась. Помнится мне, это не запрещено правилами Академии, поправьте, если не права.
На несколько секунд внутри кареты повисает молчание.
Скрещиваю руки на груди и поднимаю подбородок ещё выше. Так-то, господин ректор! Я знаю свои права, и Устав Академии Стихий тоже изучила подробно.
Хаос с ним, с Уставом, Лианда! выдыхает он и трёт переносицу. Ты, в самом деле, не понимаешь? Или намеренно строишь из себя дуру? Тебе не приходило в голову, что работа прислугой компроментирует? Я должен объяснять тебе очевидные правила высшего света Империи? Раз так, давай я это сделаю.
И эти его слова, и тон, которым они сказаны, насмешливо-снисходительный и высокомерный, выводят меня из себя окончательно. Прежде, чем понимаю, что делаю, всплескиваю руками и кричу:
Не надо ничего мне объяснять! Вы ректор, я адептка, всё! Правил академии я не нарушала! Так что не смейте так со мной разговаривать! И вообще! Вы мне не отец, не брат, никто! А значит, не имеете права что-то мне запрещать!
Дышу часто-часто, сама в шоке от этой внезапной вспышки гнева.
Да что ты, Лианда? обманчиво-мягко, вкрадчиво, но лучше бы он кричал. Ты так думаешь?
Его тяжёлый пристальный взгляд беззастенчиво скользит с моих глаз на губы и вниз, на грудь, скрытую тонкой тканью светло-серой блузки. Я словно физически чувствую его касания.
Вновь скрещиваю руки на груди в защитной позе. Становится не по себе.
Зря я вспылила.
А судя по тому, что я вижу, тёмный ректор взбешён, хотя и мастерски это скрывает. Лучше нам поговорить в другой раз, от греха подальше.
Остановите, пожалуйста. Я… я пожалуй пройдусь, тянусь одной рукой к своему пальто, лежащему рядом с ректором на сиденье напротив, а другой рукой к дверце кареты. Я выйду, хорошо? Прямо здесь. Пожалуйста.