Старуха за их спиной гадливо растягивала губы в улыбке. Вот крыса старая. Не проняло её.
- Иоран вам головы за меня с шеи снимет, - зарычала я. - Себе же могилы роите.
- Так, скажем, ушла ты сама, - прошипела карга гадюкой. - Людей увидела и к врагу переметнулась.
- Не поверит, - уверенно рявкнула я в ответ. А сама от мужиков пятилась. Мой взгляд метнулся к рюкзаку. Не вовремя я его за все тесёмки застегнула.
Ой, не вовремя!
- А какой резон нам лгать?! - засмеялась старуха. - Ты не слушай её, касатик, по башке задвинь да в мешок.
- Так-то не наши, - отмахнулся мужик. - Так сброд с войска князева сбежавший. Мы там просто народ переполошили, да брякнули, где надо, что тут на три телеги с зерном десяток лесных. Те с голоду и ломанусь, не проверяя. Дурачьё."
"- Вот и славно, - бабка потёрла руки. - Выручку всю в семью, как и договаривались.
- Конечно, матушка, - ухмыльнулись мужики. - Не обманем. Ты главное, запах наш скрой. Травкой нужной посыпь. Ведь не учуяли же нас до этого.
- Посыплю, сынок, не учи мать следы скрывать. Вы смотрите мне, никуда не сверните. Прямо нашими тропами и до тракта.
- Да с вас же Иоран первым и спросит, - напомнила я о себе. - Лучше забудьте и сидите смирно.
- Деточка, - старуха выпятила грудь и упёрла руки в бока, - лесные-то не люди, они милосердием страдают. У них же, дураков правильных, даже разбойников нет. А ты, почитай, в их логове и сидишь. Не тронет твой добренький старуху-то дрожащую и девку молодую. Напоём ему сказок и проникнется он.
- Мой Иоран... - взревела я почище медведя.
- Кузнец твой мужик, совестливый. Война она редко бывает, опыту у него немного. А люди уже к этому привыкшие, куда ему против нас. Хватай её, Брынь, время уходит.
Мужик рванул на меня. Взвизгнув, я отскочила и бросила в него пустой казанок, стоявший на лавке. Послышался странный звон.
Я обернулась в поисках ещё чего поувесистей, и вдруг в глазах моих потемнело.
- Малашка, но чего так сильно бьёшь, а если голову ей раскроила?! Нужна она князю дохлая-то!
- Эта девка живучая, - весело затараторила мерзавка, - её так просто не уложишь.
В ушах звенело. Мои ноги подняли, и мужики принялись делать с моим телом что-то странное. Свет померк, и я сообразила, что нахожусь в мешке. Меня подняли, из моих уст вырвался болезненный стон.