Его голос звучал спокойно, но у меня по спине побежали мурашки. Столько холодной ярости в нем!
Артисты неуверенно переглянулись, и из-за сцены вышел невысокий мужчина с закрученными усами.
― Ваша Светлость… ― испуганно залепетал он.
― Вы автор? ― сощурился муж.
― Энтони Уоррен к вашим услугам!
― Идемте-ка побеседуем.
Эйдан направился к выходу, зная, что тот последует за ним. Помедлив, я двинулась за ними, не осмелившись оставить мужа наедине с автором. Судя по сияющим на моих руках татуировкам, Эйдан буквально в бешенстве! Краем уха я услышала, что один из артистов объявил антракт, и гости разом заговорили.
Мы вышли из зала и нырнули в одну из комнат прямо по коридору. Она предназначалась для слуг, работающих на празднике. Парень в форме, едва завидев герцога, тут же выскочил прочь.
― Рассказывай, ― мрачно сказал Эйдан, сверля взглядом автора пьесы. ― Почему все происходящее на сцене порочит мою жену?
Уоррен резко побледнел, а потом пошел красными пятнами.
― Это всего лишь художественный вымысел…
― И внешность артистов тоже?
― Это просто совпадение!
Я скептически хмыкнула.
― Тогда сейчас мы вернемся в зал и продолжим смотреть спектакль. Если в нем встретится еще хоть одно «совпадение», то вашей дальнейшей судьбой будет заниматься суд.
Эйдан направился было к выходу, но тут Уоррен крикнул:
― Постойте! Я… я все расскажу…
― Не хочешь выйти? ― спросил у меня муж, но я упрямо покачала головой.
Рассказ писателя не занял много времени. Конечно, пьеса, которую они ставили, была другой. Но некая сумма денег заставила Уоррена спешно написать новую и учесть пожелания заказчика по поводу иллюзий. Следующая выплата ― куда более значительная ― должна была поступить после Театрального вечера.
Уоррен, далекий от высшего света человек, не сразу понял, на что именно подписался. Узнав, кто станет объектом издевательств, он уже не смог отказаться, ведь деньги были потрачены… Но и брать вину на себя не собирался ― охотно согласился передать письма заказчика Эйдану.
― Отмени спектакль, ― глухо приказал герцог, и Уоррен быстро выскочил из комнатки, радуясь, что легко отделался.
Мы с мужем остались наедине. Я обхватила себя за плечи, дрожа не то от холода, не то от обиды. Уоррен рассказал, чем должно было кончиться представление ― позором главной героини. Маркиз поймал бы ее с любовником, и она бы покончила с собой.