Точно! Ему присылали ее портрет. Перед ним дочь Венциана и его невеста. Но ведь она была темноволосой, с карими глазами и смуглой кожей. Сейчас же перед ним стояла ее выцветшая копия! Если только…
― Вы обрели дар эмпатии, ― выдохнул Роберт.
Эмпатия считалась даром Создателя. Но даром ли? Проживать чужие эмоции как свои собственные... Многие удалялись от общества, чтобы не слушать отголоски чужих чувств.
― Полгода назад, ― прикусила губу Лиара. ― Как понимаете, я предпочитаю не посещать общие ужины.
― Нет.
Да, Венциан забыл упомянуть об этом обстоятельстве. Конечно, оно не являлось поводом для разрыва помолвки… Но все-таки было важным!
― Что ж, теперь вы знаете, ― пожала худенькими плечами Лиара. ― Так что насчет той девушки? Вы обидели ее?
Роберт искоса покосился на принцессу. Вид у нее, конечно, не от мира сего. Особенно пугают глаза… Практически белая радужка и крохотный зрачок.
― Я не обидел ее… Разве что бездействием.
― Вы тоже переживаете за нее, ― прищурилась Лиара, по всей видимости, считывая его эмоции.
Обескураженный Роберт лишь кивнул. Его невеста оказалась совершенно не такой, какой он ожидал. Не поверхностная, а серьезная и взрослая для своих лет. И если ему все-таки удастся разорвать помолвку, она наверняка решит, что все дело в ее даре…
― Думаю, нам пора вернуться в замок. Короткое знакомство с вашими сопровождающими я в состоянии выдержать.
Роберт двинулся вслед за невестой, за ними тенью последовал охранник. Мимо проплыл очередной магический шар, и король снова подумал о странностях в парке. Конечно, это его не касалось… Но интуиция буквально вопила: что-то здесь не так.
― Вы хотите задать вопрос? ― обернулась принцесса.
Да, непросто иметь рядом эмпатку! Подбирая слова, Роберт высказал свое удивление.
Лиара озадаченно поморщилась:
― Я спрашивала об этом отца, но он ответил, что теперь нам не о чем беспокоиться.
Роберт спрятал ухмылку. Что ж, пожалуй, с Венцианом стоит поговорить. Какое-то подозрительное совпадение! В Киаринте энергия пропадает, а тут ее с избытком.
Сильвия
Несколько часов я металась по спальне, злясь на Дилайю и стихию, сделавшую из меня феникса. Что толку в этих крыльях, если я не могу улететь, когда мне вздумается? Бросив взгляд на затянутое пленкой окно, разочарованно выдохнула.