Девушка выглядела изможденной: на похудевшем лице ярко выделялись глаза, скулы заострились, а пальцы рук истончились.
― Уже лучше, ― отозвалась Хлоя и кивком указала на растения вокруг. ― Родная стихия помогает. Там, на озере, я выложилась на полную, практически сожгла себя. Пока что магия не вернулась.
― Что говорят лекари? ― спросила я.
Хлоя пожала плечами:
― Шанс на восстановление дара есть, но… Пожалуй, это ни к чему. Все равно его заблокируют. Через неделю состоится суд.
Эстер нервно зашагала по комнате:
― Ты что-нибудь вспомнила? Должна быть причина твоему странному поведению.
― Нет, я по-прежнему не помню, что толкнуло меня на все это, ― тихо ответила девушка. ― Следователь Горди не делится со мной своими мыслями, но, полагаю, меня ждет заключение… В лучшем случае.
Сердце оборвалось. Я поняла, о чем умолчала девушка.
― Уверена, все будет хорошо, тебя оправдают! ― с жаром воскликнула Эстер, однако, судя по напряженному лицу, вряд ли она сама верила в свои слова.
― Скоро все выяснится, ― бесцветным голосом произнесла Хлоя и тут же добавила: ― Там, на берегу, вы с Эйданом поженились? Неужели стихийный брак? Поздравляю! Я думала, это сказки.
Я кивнула и продемонстрировала татуировки, не находя в себе сил на ответ. Эстер принялась рассказывать вместо меня. Ее подопечная слушала внимательно, даже изредка задавала вопросы, однако я понимала, что она всего лишь не хочет обсуждать суд.
Здесь мы провели несколько часов.
Вскоре мы с сестрой распрощались с девушкой, пообещав прийти еще раз. Обратно шли в молчании, осмысливая увиденное. Эстер выглядела по-настоящему потерянной, Хлоя была для нее не только подопечной, но и подругой. Я даже не могла утешить ее! Вполне возможно, что Хлое грозит смертная казнь.
Время давно перевалило за полдень, и я поспешила в свои покои. На вечер у нас с Эйданом было назначено свидание, и я не знала, что именно он задумал. Может, он уже ждет меня? Или послал записку? Признаться честно, я соскучилась по нему за день.
Однако дойти до места я не успела ― из-за поворота появилась герцогиня. Она была одета в дорогое платье, посеребренные сединой волосы уложены в высокую прическу.