Все-таки, крупный Владимир был мужчина, Мария у него на коленях уместилась вся, с халатом и с полотенцем. Погладил ее по бедру и проникновенно произнес:
- Нельзя.
- Работаешь?
У него проскочил хитроватый волчий взгляд.
И да, он хоть и получил от жизни ценный приз, но о деле не забывал. А сейчас конкретно он дистанционно прорабатывал одну комбинацию.
Узнав, что Паша Торопов через подставных лиц скупает у отдельных мелких собственников акции, Владимир не препятствовал. Дал тому выполнить задуманное, потому что предвидел возможные последствия.
Время действовать настало сейчас. Он дал своим людям четкие указания перекупить все. Цена не имела значения, ему нужен был этот пакет. А после того, как весь пакет окажется у них на руках, Владимир намерен был отозвать доверенность в связи со сменой доверителя.
- И что ты делаешь? - женщина извернулась в его руках, поднимая к нему лицо.
- Узнаешь, - прошептал он ей губы. - Иди сюда.
Он хотел сделать ей этот маленький подарок.
А еще чуть раньше он от ее имени дал команду инициировать развод.
***
Спустя три недели...
глава 27
Что такое настоящее дно, Наташа поняла только теперь.
Потому что весь мир вокруг нее как будто вымер. Точнее, куда бы она ни сунулась, везде как отрезано.
И в довершение всего у нее отозвали доверенность на управление тем пакетом акций. Оказалось, сменились владельцы. Это был крайне неприятный удар, просто шок - узнать об этом по телефону. Она попыталась объяснить, что могла бы и дальше представлять их интересы, и тогда им не нужно будет.
Ответил какой-то адвокат.
Объяснил ей сухо и безэмоционально, что ее услуги не требуются.
Конечно, она звонила потом Павлу. Сволочь мелочная!
Павел Всеволодович сам был в бешенстве. Ведь это все приобреталось через верных людей, на которых он имел рычаги воздействия. Все эти люди были у него в кулаке.
Пришлось общаться с каждым, вытрясать правду. Чтобы узнать, что его тупо предали. Тот, кто перекупил акции, имел компромат на каждого.
После этого его вызвал к себе глава города и наедине в приватной беседе сказал:
- Ищи место.
- Что? - Павел похолодел.
- По-хорошему уходи, Павел Всеволодович. Пиши по собственному желанию, в связи с переездом, по состоянию здоровья, мне все равно. Иначе пойдешь по статье.
- Евгений Борисович, - взмолился он.