– Хорошо. – Алекс помолчал немного. – Приезжай, как только освободишься. Ладно?
Это было уж слишком!.. Как будто она поехала встречаться с читателями в магазине «Буквоед»!
Мане вдруг стало холодно – в такую жару. И одиноко – на людной улице.
Она не умела и не желала быть одна! Ей нужны точки опоры, близкие люди, свои, готовые броситься на помощь, как она сама всегда бросалась.
Как ей «освободиться» от убийства Эмилии? От воспоминаний о том, как она зашла в квартиру, а тётя лежала на полу в гостиной, и этот шнур вокруг шеи!.
– Ладно, Алекс, – медленно выговорила она. – Я освобожусь и приеду.
И нажала «отбой».
– Всё наладится, – бормотала она себе под нос, пересекая Невский проспект. – Он ведь такой! И всегда таким был. Просто ему сейчас не до меня. Вот увидишь, он завтра же примчится. – Это было сказано собаке. – Сообразит, что мне тут худо, и примчится.
Волька повернул башку и посмотрел на Маню, кажется, с сочувствием.
– Ты что? – спросила его Маня. – Ты мне не веришь?!
Пёс потянул, и она обнаружила, что они стоят перед подъездом «Астории». Ноги сами принесли её сюда!..
А и в самом деле! Вряд ли её уволокут силой из самой респектабельной в мире гостиницы! Даже отчаянные бандиты вряд ли осмелятся на такое!.. «Астория» – самое безопасное место на свете.
Маня поднялась на свой третий этаж, сгрузила «Пегги Гуггенхайм» на пол – напрасно протаскала полдня! – открыла тётину таблицу и набрала номер того самого Сергея Петровича, который, по мнению Эмилии, «набивался, чтобы в него стреляли».
Он ответил моментально, и Маня назначила ему встречу. Легенда придумалась на ходу – она работает на телевидении, делает программу об экстрасенсах, хочет поговорить.
Всякие легенды Маня придумывала виртуозно!..
Сергей Петрович даже не спросил, почему Маня хочет говорить именно с ним и с чего она взяла, что он пользуется услугами этих самых экстрасенсов!
До встречи ещё оставалось время, и Маня потратила его на поиски в интернете человека по имени Лев Граф.
"Львов было сколько угодно, попались и несколько Графов, но Льва Графа не было. Никаких следов.
Маня почесала голову, а потом коленку.
– Придётся нам всё-таки господину товарищу полковнику звонить, – сказала она Вольке. – Ты его полюбишь. У него пёс Буран. Господин товарищ полковник считает, что Буран немного глупее академика, но зато уж точно умнее доктора наук.
Волька лениво почесался.