Стамбул? Разве мы не едем обратно в наш кровавый город? Он ведь поставил его на колени, захватив власть вместе со своим напарником и его женщиной! Как он мог просто так взять и переехать?
– Ты изменила всю мою жизнь, даже не понимая этого, Очаровашка, – продолжал он, словно прочитав мои мысли. – Мне вдруг захотелось самых обыденных вещей, с тобой. Жаль, что ты не чувствуешь того же. Но очень скоро ты поймешь, что можешь доверять мне. – Он сказал это настолько уверенно, что я даже опешила.
Я не верила в его искренность.
* * *– Аккуратно, ступеньки.
Я прямо спинным мозгом чувствовала его желание прикоснуться ко мне и помочь преодолеть эти самые ступеньки, но, слава богу, он сдерживал свои порывы.
Когда я лишишась зрения, остальные чувства обострились, и теперь я многое воспринимала по-другому. Хоть и жила особняком, почти не контактируя с людьми, но тех недолгих прогулок до магазина, что я себе позволяла, было достаточно, чтобы понять: мне стали доступны другие способы осознания того, что происходит с людьми вокруг.
"Да и реакции моего тела стали намного ярче: будь то холод или тепло, вкус или аромат.
Особенно обострился слух, словно, отобрав один из моих органов чувств, природа решила усилить остальные.
– Заходи, не забудь про порог, – продолжал инструктировать меня Арман.
«Арман», – я впервые позволила себе назвать его по имени, пусть даже и в мыслях.
– Аслы! Почему дверь не заперта?! – удивляя своим строгим тоном, прокричал он куда-то вглубь дома.
– Боже, зачем так кричать! Я только зашла! – раздался в ответ звонкий голосок. – Мне нужно было в уборную, вот я и забыла! – оправдывалась девушка.
– Давай без подробностей! – попросил Арман, и я явственно представила, как он закатил глаза от недовольства. – Комната готова?
– Божечки! Какой милый песик! – раздался писк заметившей Амура девушки.
– Аслы! – настойчиво позвал он ее, уже начавшую тискать моего мопса и причитать, судя по раздающимся звукам и скулению бедной собачки.
– Да готова, готова. Экономка еще вчера ее подготовила, – ответила, должно быть, сестра моего пленителя. – А она ничего такая, миленькая, – с присущей подросткам непосредственностью обратила она свое внимание на меня.
– Рад, что ты оценила, – словно меня тут и не было, ответил он. – Знакомьтесь и начинайте дружить, – как первоклашкам сказал он.