У Астахова «Волга», и он ссорился с убитым. Так?
– Возможно.
Гуров начал раздражаться, симпатия к сильному обаятельному парню исчезла. Сотрудник уголовного розыска взглянул на подозреваемого.
– И вас, конечно, интересует, где находился Павел Астахов в момент убийства? – Чемпион победно двинулся, как ему казалось, по широкой, хорошо освещенной дороге. На самом деле рванул он ночью по тайге.
– Интересует. – Гуров услужливо подтолкнул его в чащобу.
– Что мне вам сказать? – В голосе Астахова звучала неприкрытая насмешка.
– А вы попробуйте правду, – безнадежно ответил Гуров.
– Я весь вечер находился у себя дома. У меня в гостях была Вера Темина. Это, кажется, называется алиби?
«Мальчик, – хотел сказать Гуров, – алиби – установленный факт, что подозреваемый в момент совершения преступления находился в другом месте. А твои слова – голословное заявление. Ради тебя Вера Темина подтвердит, что вы вместе находились на луне. И ничего нет губительнее фальшивого алиби, на нем изобличили столько преступников, что, усади их на этой трибуне, мест не хватит.
Гуров колебался: может, повернуть назад, поговорить доверительно, как человек с человеком?
Астахов решил иначе:
– Вызвать Павла Астахова официально вы не решились, явились сами, благодарен. – Он шутовски поклонился. – Было приятно познакомиться."
"Гуров тоже поднялся, потер затекшую поясницу.
– След правого переднего колеса, оставленный у дома Лозянко, очень характерен. Проведут сравнительную экспертизу…
– Я по возвращении из аэропорта из дому не выходил, – перебил Астахов. – Прошу прощения, тороплюсь.
– Интересно. – Гуров вышел на беговую дорожку. – Дело ведет прокуратура Города, вас пригласят…
Идущий впереди Астахов неожиданно остановился. Гуров чуть не налетел на него.
– Послушайте! – Астахов передохнул, уже спокойно продолжал: – Я вам не советую связываться с Павлом Астаховым. Очень не советую. Я выдерживал психологический прессинг, какой вам не снился! Понятно? – и от вкрадчивости тона слова приобрели особую значимость.
Гуров даже чуть отстранился. Астахов повернулся и шагнул к выходу.
– Непонятно, – тоже тихо ответил Гуров.
– Что вам непонятно? – Астахов смотрел через плечо.