Окончательный приговор

Мы контролируем мобильники Розова и Саламбекова.

– А это кто?

– Опер из республиканского ФСБ. Он руководил захватом твоей группы в первый раз, сейчас занимается твоим розыском, вместе с Артуром Юрьевичем, хотя идут они по разному следу. Артур Юрьевич надеется на Майрбекова. Саламбеков на Майрбекова тоже надеется, но разыскивает тебя по другой причине. Он уверен, что ты взорвал машину с сотрудниками ФСБ. Я тебе об этом говорил. Считает твои действия местью, и за себя беспокоится. И, исходя из своих понятий о мести, переживает за свою семью.

У подполковника молодая красавица жена, беременная первым ребенком. За нее боится. Первая жена у него умерла два года назад, дети уже живут самостоятельно, взрослые. За них Фуртанбек Хаджибекарович не переживает, они за себя постоять в состоянии. А за молодую жену боится. Предупреждает ее по телефону о сложности положения и просит никому дверь не открывать, даже если от него приедут. Если от него кто‑то приедет, то он предупредит. Это, кстати, говорит о том, что он собирается куда‑то отправить молодую жену с городской квартиры. Подумай, если понадобится, можно будет использовать ситуацию.

– Если случай представится.

– Мы отследим ее местонахождение со спутника. Я тебе сообщу.

– Все, Антон Павлович. Ворота открываются.

– До связи.

* * *Кажется, полковник Дакашев не зря назывался заместителем министра внутренних дел по боевой подготовке личного состава. Он сразу оценил наше расположение «веером», когда мы полностью взяли под контроль въезд во двор. И на пистолет-пулеметы взгляд бросил.

– Рисковые вы ребята… Оружие с собой везли?

– Обижаете, товарищ полковник. В вашем доме вооружились, – скромно ответил я. – Хорошие штуки. У этих бандитов вкус в выборе оружия есть.

– Да, штука хорошая. Мы опробовали их, отлично себя показывают. Где Камсари?

– В доме.

– Извините, Павел Валентинович. Сами понимаете, ситуация… Я с женой поговорю, потом с вами, – и он заспешил к крыльцу.

Из машины сопровождения вышли водитель и четыре охранника. Вышел и водитель из машины полковника.

На нас посмотрели косо. Около крыльца остановились, рассматривая тела убитых, стали снимать бронежилеты и обыскивать карманы.

Вадим с Вальтером военное дело знали хорошо, и потому остались на своих позициях, а я подошел к охранникам. К моему удивлению, мне показалось, что охрана у полковника милиции вовсе не из ментов. Конечно, я мог и ошибиться; тем не менее, такое впечатление сложилось хотя бы по тому, как непрофессионально они осматривали трупы.