— И не подумаю! Я красный диплом не для того получала, чтобы секретаршей работать!
— Это не предложение, это приказ, Ксюша! — рявкнул он так громко, что у меня заложило уши. — Завтра в девять утра я жду вас на рабочем месте!
Я бежала из его приемной с такой скоростью, что красивые картины, развешанные в просторном холле, мелькали перед глазами.
Лифт быстро привез меня на восьмой этаж, и вскоре я стояла в комнате восемьсот пять.
— Ксюха, ты как? — испуганно взирала на меня Ира из-за стола.
— Нормально! Он мои бумажки с телевидения порвал! Забирай свои сапоги обратно!
— Хорошо, хорошо, идем в комнату… я все улажу, Ксюша. С меня мартини, как обещала…"
"Ира прыгала вокруг меня, пытаясь загладить свою вину, а я со скоростью света переобувалась в черные лаковые лодочки на шпильках.
— Ксю, ну, не расстраивайся. Тихонов, он немного своеобразный, понимаешь? Ничего, переживет твой отказ. У него знаешь, сколько желающих топчется вокруг кабинета?… И вообще, давай сегодня вечером в клуб сходим?
— Я безработная, какой клуб? — остервенело натягивая курточку, мечтала отвязаться от Иры как можно скорее.
— Так я оплачу! Все оплачу! И вход, и мартини! Ну же, Ксюша… соглашайся…
— Позвони мне вечером, — отмахнулась я.
Оказавшись у парка, ощутила, как сердце заливает невероятное облегчение. Нет, я к Ире на кофе больше ни ногой. Прав папа, надо сидеть, как мышка и не высовываться.
Я села на лавочку у фонтана, открыла сумочку, чтобы достать свой айфон, и только тут поняла, что мой диплом остался в приемной у олигарха Тихонова. Внутри что-то гулко стукнуло и упало.
Глава 5.
Двери приемной громко хлопнули, унося оскорбленную до глубины души претендентку на место секретаря прочь. Руслан Тихонов повертел в руках брошенный на столе диплом, а потом тяжелым взглядом впился в порванные листки, на которых были указаны номера телефонов городской телестудии.
Он долго смотрел на ровный почерк претендентки.
«Почему?!» — с яростью комкая в крепких пальцах порванные листки, размышлял генеральный директор «АРТАМАСА».