Откроете только там, – решительно возразил Васильев. – И вообще, запомните как «Отче наш»: каждый пункт написанного там должен быть исполнен обязательно.
– Я не совсем вас понимаю, Олег Борисович. Вы говорите так, словно помирать собрались.
– А что тут удивительного? Думаете, я не знаю, что сказал вам ваш темнокожий доктор? Знаю. Сердце изношено и в любой момент может остановиться. Эх, Лешенька. Я давно уже старик, и отлично знаю все свои болячки. Так что ничего нового он не сказал. Хотя, должен признать, врач он отличный.
– Олег Борисович, вы это мне бросьте. Сами говорили, помирать на своей земле надо, – решительно возразил Алексей.
– А я разве спорю? – иронично усмехнулся Васильев. – Вы, чем спорить со мной, лучше сделайте, как прошу. Я хоть и старик, но еще в своем уме, и то, что там написано, возможно, очень вам поможет.
– О чем это вы? – насторожился Алексей.
– Придет время – узнаете, – уклончиво ответил профессор и, откинувшись на рюкзак, прикрыл глаза, давая таким образом понять, что не желает больше развивать эту тему.
Воцарившееся молчание нарушило появление очередного делегата от экспедиции. На этот раз, очевидно для разнообразия, прислали парня из немецкой команды. Потоптавшись на пороге, мужчина смущенно поправил очки в тонкой металлической оправе и, присев на корточки, тихо спросил:
– Алексей, я могу спросить, что вы планируете делать дальше?
– Спросить вы, конечно, можете, но вся беда в том, что я и сам еще толком ничего не знаю, – криво усмехнулся парень, тяжело садясь на своей циновке.
– Как это понять? – насторожился пришедший.
– Все просто. В том, что я задумал, слишком много неизвестных составляющих. По большому счету это не больше чем авантюра. Поэтому я не могу вам ничего рассказать. Рассказывать нечего. Плана как такового нет. Есть только общие наметки и размышления. Все станет ясно на месте.
– Тогда что делать нам?
– Сидеть и ждать, – решительно ответил Васильев вместо парня.
– Могу я хотя бы узнать, где мы вообще находимся? – растерянно проблеял очкарик.
– Я же говорил, это Намибия. И если вы уверены, что у немецких властей здесь есть представительство, можете отправляться в дорогу.