Потом, протянув документ Алексею, снова закурил и негромко сказал:
– Завещание оформлено по всем правилам. За подписью и печатью заведующего отделением и засвидетельствовано моим лейтенантом. Так что можешь отправляться с этим документом к нотариусу и вступать в права. Ключи и личные вещи на выходе у моего человека заберешь.
– Господи, поверить не могу, – покачал головой Алексей.
– Не переживай, друг. Все там будем. А сделал ты все правильно. И за визы свои можешь не беспокоиться. Никто тебя блокировать не будет.
Не глядя сунув ее в карман, Алексей пожал полковнику руку и, забрав в приемной у лейтенанта личные вещи Васильева, отправился домой.
Потом были похороны, различные хлопоты и еще много разных дел, заставивших Алексея отвлечься от этой горестной утраты. Только спустя два месяца он вдруг вспомнил про отданный ему профессором тубус, и вечером, сидя у себя в комнате, осторожно скрутил с него крышку.
Отложив находку в сторону, Алексей развернул листок и, закурив, принялся читать. Это письмо, было адресовано ему.
«Лешенька!
Не знаю, чем закончится этот наш с тобой поход, но независимо от его исхода, хочу сказать тебе – спасибо. Я знаю, что многие из тех, кто идет рядом с нами, думают, что поступают неправильно.
Судьба не дала мне сына, но если бы он у меня был, я бы очень хотел, чтобы он был похож на тебя. Я благодарен тебе за все добро, что ты сумел сделать для меня, и хочу ответить тебе тем же. Ни у меня, ни у моей покойной Оленьки никого нет, поэтому после моей смерти все свое имущество без исключения: квартиру, дачу, машину – я оставляю тебе.
После вступления в права наследования, ты перестанешь болтаться по свету и пойдешь учиться. Ты умный парень, Лешенька, и я хочу, чтобы ты получил образование. Тебе это нужно. Поверь старику. Кто знает, может быть, однажды ты решишь продолжить мои изыскания. Это было бы здорово. Но пока это только мои мечты. А сейчас просто делай то, что должен, и не обращай ни на кого внимания.