Ежели твои холопы насмешки чинить не станут…
– Митя!
– А чё сразу я-то! И улыбнуться нельзя, что ль? Может, я не со зла, может, у меня настроение столь игривое от мыслей приятных сообразовалось…
– Каких ещё мыслей? – почему-то одинаково заинтересовались мы все.
– Дык деревня ж рядом, – не выдержав, бросился взахлёб рассказывать наш младший сотрудник. – А ну как я сейчас петухом взвою! Вот вам крест всем целовать буду, как все петухи наши от такого крику внепланового голос подадут! Свершится над оскорбителем суд божий, отольются слёзки мышкины…
– Это он вам никак забыть не может, что вы его год назад «петухом» обозвали, – доходчиво пояснил я отшатнувшемуся Кощею.
Нет, шутки шутками, а с Мити вполне станется и покукарекать не вовремя. Не знаю, по какой причине (плохие гены? психические заболевания? комплексы детства?), но гражданин Бессмертный панически боится петушиного крика. Всерьёз боится, до колик, до судорог, до хрипоты и пены изо рта.
Собственно, в какой иной момент никто из нас не преминул бы воспользоваться такой слабостью противника, но взгляд Яги был слишком серьёзным.
– Итак, что же всё-таки случилось?
– Вот, прими заявление, участковый. – Моднявый преступник и маньяк, с хрустом кивнув, протянул мне скрученный в трубочку лист бумаги. – Убедительно прошу прочесть, рассмотреть и принять к сведению.
– Взятку предлагаете, – автоматически брякнул я просто потому, что произошедшее ставило меня в тупик. Кощей, сам, мне, приносит заявление, прося помощи и защиты у милиции!
– Никак нет, – гордо выпрямился он. – Вы – люди государевы, вам за службу и без того жалованье положено. А вот материальную базу в отделении за счёт пожертвований частных лиц улучшать не возбраняется. Крышу перестелить, забор кой-где подправить, ступени в поруб поменять…
– …трубу прочистить, дорожку булыжником вымостить, газон опять же хотелось, да и сруб колодезный давно поменять пора, – неожиданно для самой себя включилась в перечисление бабка.
"Мне пришлось умерять её хозяйственный пыл двукратным поднятием правой брови в самом строгом изгибе… Яга поняла и притихла. Я демонстративно развернул листок, света ночных светил (прости, Господи, за тавтологию!) вполне хватало для чтения.