— Горячая ванна и бокал вина. Но до этого еще надо дожить.
Шохин усмехнулся, уступил ей дорогу. Потом наклонился к сумке, пробормотал без особого воодушевления:
— Что тут у нас…
Арина внимательно наблюдала за ним, и это немного нервировало. Не ее присутствие, а серьезный взгляд. Костя достал папку с рисунками, потом альбом, и протянул девочке. Она тут же прижала их груди, и сама в сумку заглянула, что-то выискивая взглядом.
— Карандаши, — догадался Шохин. Сунул руку поглубже, достал металлическую коробку из-под печенья, покрутил ее в руках, потом карандаши достал.
— Печенья хочешь?
Арина поглядела на банку, молчала. Тогда Костя открыл крышку, хотел предложить девочке выбрать себе по вкусу, но замер, обнаружив внутри вместо печенья аккуратные стопки денег в купюрах разного достоинства.
"— Нин! — Он прошел на кухню, с банкой в руках, остановился в дверях, наблюдая. — Душа моя, тебе не говорили, что деньги нужно хранить в сберегательной кассе? — насмешливо проговорил он и потряс самодельной копилкой. Внутри зашуршало. Нина отложила нож, взглянула колко, потом отобрала у Шохина свою сокровищницу.
— У меня свой банк, я ему больше доверяю, — весомо заметила она. Но не убедила, Костя всё равно усмехнулся.
— Ага, всем банкам банка.
Нина на подколку решила не реагировать, достала из холодильника сковороду с котлетами, сосредоточилась на приготовлении ужина. Костя стоял, привалившись плечом к косяку, и за ней наблюдал. Нина казалась непривычно сосредоточенной и занятой, мыла овощи и грела котлеты.
Двигалась механически, время от времени поглядывая то на Костю, то на засуетившегося при виде гостей Гришу. Тот уцепился когтистыми лапами за прутья клетки и потребовал:
— Выпусти меня!
Костя на него посмотрел.
— Свободу попугаям?
Гриша грузно качнулся из стороны в сторону и зычно повторил:
— Свободу попугаям!
Нина невольно улыбнулась. Потом отвернулась от Кости и нервно сглотнула. Если бы он знал, насколько она напряжена, наверное, посмеялся бы над ней.