У неё талант, она великолепно рисует, как научилась карандаш в руке держать, так и не выпускает его, рисует везде и всегда.
Остальной мир её не интересует, она не сосредоточена на происходящем вокруг, ей необходимо постоянство, как фон, из-за этого любое изменение в привычном укладе жизни выбивает ее из колеи. С такими детьми трудно, родители не мечтают иметь ребёнка с такими проблемами, этого не выбираешь, но станешь ли любить своего ребенка меньше, понимая, что он другой, что он отличается? Нина любила больше.
Но все-таки это причуда судьбы. Ариша внешне очень похожа на нее в детстве, но от живости Нины, от ее непоседливости, любви к музыке и танцам, и следа нет. Родители удивлялись тому, насколько тиха их внучка, заметили это, еще когда Арина была совсем маленькой.
— Ей будет тяжело учиться, — сетовала мама. — Нина ты должна об этом задуматься.
— Я думаю, мама.
— И что ты думаешь?
Нина сделала осторожный вдох, пытаясь усмирить раздражение.
— Мы ходим к психотерапевту, Аришу готовят к школе.
— Но она не говорит!
— Она не хочет, — вступалась за дочь Нина. — Врач говорит, что заставлять ее не нужно, Арина сама знает, когда нужно что-то сказать.
— И как ты объяснишь это учителям?
— Мама!.. Она сдала вступительный тест на отлично, она читает с четырех лет, она пишет и считает.
Родителей эти объяснения не устраивали, они поджимали губы, хмурились, и жили в уверенности, что Нина просто позволяет девочке так себя вести. Не принимает кардинальных мер и тем самым запускает ситуацию. Вот только какими должны быть эти кардинальные меры, не объясняли.