И оттуда я смог почерпнуть кое-какие интересные сведения. Например, то, за чем и охотились эти демоны. Но главное, я узнал, кто их надоумил на розыски этого артефакта.
«И почему я не удивлен, заметив и тут длинные ручонки карлонгов?» – по себя подумал я.
Это и было тем моим вторым делом, которое я хотел обсудить с наследником владыки. Ну, а почему нет, коль он так удачно попался мне на пути?
Однако пока я все еще разговаривал со стихией, и как раз в этот момент она что-то мне говорила о создании портала к ним в резиденцию.
– Это очень важно. Я постараюсь добиться для тебя встречи с наставницей. Только… – и она на пару мгновений замолчала, а потом посмотрела в мою сторону, – перед тем как вернуться, я должна узнать о судьбе одной из наших сестер. Я точно знаю, что она была в городе и погибла там…
И почему-то девушка вгляделась в мое лицо.
– Тебе что-то известно об этом? – очень тихо, практически шепотом, спросила она.
Ну что я мог ответить. Если мне нужна их помощь, вернее их доверие, то я и сам должен быть честен с ними.
«Точно, судя про воспоминаниям обеих девушек, это одна из ее способностей. Такая же, как и у главы клана фурий. Она чувствует ложь».
И потому я, посмотрев прямо в глаза мгновенно сжавшейся Тилии (не знаю, что уж она там увидела), спокойно ответил:
– Ваша сестра погибла из-за того, что сделала неправильный выбор.
– Какой? – еще тише спросила девушка.
– Она понадеялась на свою силу и выбрала бой.
– Я поняла, – медленно кивнула головой стихия, – Сталь всегда предпочитала силовые решения.
Планета Галанат.
Талколианские леса на границе с Дикими Землями.
Неизвестные развалины посреди леса.
Несколько минут спустя
Тилия огромными глазами смотрела на этого странного полуогра, который последним своим признанием собственноручно подписал себе смертный приговор.
Но что непонятно, он не стал ничего скрывать. И это заставляло задуматься.
Конечно, потом они бы сразу узнали правду, начни разговаривать он с наставницей, но огр этого не сделал. Он предпочел сразу сказать ей всю правду.
Сам же он на ее слова лишь достаточно спокойно и равнодушно пожал плечами, будто именно так и должно было быть.
Полились минуты неприятного и тягостного молчания. Тилия не хотела ему ничего обещать, зная, как отреагирует Совет стихий на это ее сообщение.