Я зашел в большую, метров за сорок, комнату. Окна в ней были изнутри закрашены белой краской. Вдоль стены с окнами стояли длинные спортивные скамьи, а напротив, плотно сдвинутые друг другу обычные школьные парты. Видно это и есть импровизированная раздевалка. В комнате уже было человек семь крепких мужиков, одетых кто во что. Кто-то стоял в одних белых штанах от кимоно наматывая на руки бинт, кто-то в полном кимоно тянулся в углу на шпагат, крепкий сбитый парень лет двадцати пяти легко кидал удары по воздуху работая в углу бой с тенью.
— Пацан, ты дверью часом не ошибся? — обратился ко мне мускулистый парень на вид лет двадцати трех наматывавший бинты — здесь не цирк, а раздевалка для бойцов.
— Нет, не ошибся — ставя свою сумку со спортивными вещами на пустое место на скамейке, ответил я — я и есть боец.
— Ты?
— Абрамыч, что совсем рехнулся?
— Охуеть, боец!
Раздалось сразу несколько изумленных возгласов. Кто-то даже откровенно заржал.
— Ты с кем биться будешь, боец?
— Вроде с Лосем — ответил я, спокойно садясь на скамейку, и начиная расшнуровывать новые отечественные кроссовки, купленные взамен тех, что я сжег за гаражами.
— Так это ты Отморозок?
Я только кивнул, продолжая переодеваться.
— Лось, тебе сегодня фартануло, пятьсот уже точно у тебя в кармане. По хорошему, ты этого Отморозка должен сделать на первых же секундах.
Парень в боксерских шортах бросил раскидывать руки и хлопнул по плечу бойца в одних штанах от кимоно, поверх которых был повязан черный пояс. Парень с черным поясом к этому времени уже закончил бинтовать кулаки.
— Да, а потом меня все будут называть не Лосем, а убийцей малолеток. — Он скептично посмотрел на меня и подмигнул — Ладно пацан, не менжуйся, я тебя сильно бить не буду, так немного поваляю,так что побыстрее сдавайся.
— Я тебя тоже сильно не буду бить, если сам сдашься — натягивая на ноги короткие шорты ответил ему я.
Все в комнате в один голос заржали.