Он зажал руками рот и бросился в сторону, к закопченной кирпичной стене, где его стало выворачивать наизнанку. Следователь кивнул. Кажется, личность установить удается, уже проще.
– Товарищ майор, – повернулся он к участковому. – Опросите присутствующих, может быть, кто-то знал лично Воротникова и сможет участвовать в опознании. И еще нужно сообщить его родным.
Судмедэксперт уехал, ограничившись только сообщением, что на теле погибшего видимых повреждений обнаружить не удалось.
Бурмистров отправился домой к Воротниковым со скорбной миссией. Делать такое ему приходилось не раз, и участковый полагал, что самое тяжелое в его работе – это сообщать родственникам о гибели близкого человека. Родители Лешки были дома. Они ждали сына с работы, но когда, открыв дверь, мать увидела участкового, то сразу схватилась за сердце, ноги ее от горького предчувствия подогнулись, и женщина стала сползать по косяку на пол.
Бурмистров крикнул мужу, чтобы тот скорее вышел в прихожую. Они вдвоем отнесли ее на диван в гостиную, вызвали «Скорую помощь». Женщина была бледна и сильно кричала, требуя ответа, что случилось с ее сыном. И тут же начинала рыдать, понимая, что его больше нет в живых. Ничего не оставалось, как признаться, что Лешка сегодня погиб во время пожара в здании автосервиса.
Когда женщину увезла «Скорая», участковый с отцом еще долго молча сидели в гостиной, не включая свет.
– Он страшно умирал? Сгорел?
– Нет, – покачал головой Бурмистров. – Он просто задохнулся. Наверное, упал с лестницы, когда бежал к выходу. Упал, потерял сознание и… уже ничего не чувствовал. У Лешки была легкая смерть.
Сказав это, участковый поднялся с дивана и включил в комнате свет.