Как ни печально, но лето катилось к закату, вечерами и ночами стало заметно холодать. Да и горящие поленья придавали беседе особенную атмосферу, словно объединяя их маленькую группку в кругу пламенных отсветов.
Тайна! Тайна жгла Игната изнутри. Не имея возможности открыться хоть кому-то, поделиться с кем-то, он изводился ее существованием и необходимостью тщательного сохранения. Она не давала спать и спокойно жить, и как Кисе Воробьянинову мерещился в снах бриллиантовый блеск, так Игнату снилась шикарная, богатая жизнь, в которой он купается.
У Миронина вспыхнул невероятный интерес к изучению разнообразных систем безопасности. Он и до обретения богатства имел довольно неплохое представление об этом предмете, изучая основы современной безопасности еще на службе, когда возил генерала. Да и после, проходя курсы водителей-охранников, увлекся гораздо более глубоко этим вопросом и стал изучать всякие интересные разработки и ноу-хау, которые имелись в открытом доступе.
Но все это было так, на уровне простого увлечения, интереса. А вот после «обретения» капитала Миронин настолько погрузился в эту тему, расширив круг своего интереса, что это стало некой его навязчивой идеей вместе с конспирологическими теориями и практиками с элементами шпионских завихрений.
Он знал о городских системах наблюдения, наверное, не меньше, чем ее разработчики, разбирался в модификациях видеокамер, инфракрасных и лазерных установках, в микрофонах дальнего и ближнего звука, в возможностях слежения за человеком через его же гаджеты, через телевизор и компьютер и еще многое, многое и многое.
Квартиру он снимал с обязательным условием – два выхода из подъезда на разные улицы. Прорабатывая при этом пути отступления из квартиры и схемы безопасного передвижения по городу по «слепым» зонам, не попадавшим под наблюдение или хотя бы в прямой обзор видеокамер.
Дребезжала у паренька крыша определенно.
Но все имеет свойство когда-нибудь заканчиваться. Закончилось и терпение Игната. Последние пару лет он стал все острее и болезненнее воспринимать свой «низкий профиль», как говорят американцы, свой низкий социальный уровень значимости.