Накрыв другим краем полотенца и прижав второй рукой и эту дырочку, она смотрела остановившимся от испуга взглядом, как буквально на глазах, за считаные мгновения полотенце пропитывается кровью. И в этот момент Анюта со всей отчетливостью поняла, что одна не справится, и, наклонившись к лицу мужчины, пообещала:
– Я сейчас! Потерпите немножко, я сейчас вернусь! И приведу помощь! Я быстро!
И ринулась выбираться из ямы. Хватаясь за выступавшие из стен щупальца корней, перепачкавшись в земле с песком, она вылезла наверх, вскочила на велосипед и, не разбирая дороги, помчалась как могла к дальнему озеру, к своем пляжику.
С обрушившимся на нее шквалом облегчения, от которого на пару мгновений даже что-то ослабло под коленками, высмотрела она фигуру мужчины, стоявшего у кромки воды, и, на всей скорости тормозя у самого края косогора, так что велик аж занесло вбок, Анна проорала, слетая с велосипеда:
– Антон Валерьевич!
Анюта не успела еще прокричать его отчество до конца, а он, сорвавшись с места, уже несся наверх по склону с невероятной какой-то скоростью и поразительной сноровкой, не делая ни одного неловкого или лишнего движения, – плавно, мощно, стремительно.
И, вылетев на косогор, с ходу ухватил обе ее руки, повернув вверх ладонями, выстреливая вопросами каким-то напряженным, четким командирским тоном:
– Ты разбилась? Поранилась? Где? Покажи?
– Я нет, нет, – затараторила Анна, сообразив, что он решил, будто с ней случилась какая-то беда.
– Откуда кровь? – чуть менее напряженно, но тем же строгим командирским тоном задал он очередной вопрос.
– Это не моя, – опустив голову, посмотрела на себя Анна, только сейчас обнаружив, что одежда перепачкана кровью вперемешку с землей, а ладони полностью покрыты красной, уже подсыхающей коркой.
– Там раненый, Антон Валерьевич! – заспешила она с сообщением. – Нужна срочная помощь!
– Так, – коротко произнес он, перехватил у нее руль велосипеда, резко развернул его в обратную сторону, сдернул с себя куртку, в три движения намотал на раму, сел на сиденье и, ухватив Анну за локоть, подтянул к себе.
"– Садись, – распорядился он, указав подбородком на раму впереди себя.
Она тут же торопливо уселась, поерзав немного, устраиваясь, и схватилась за руль обеими руками.
– Где? – спросил он.
– В яме у вывороченного корня, что у глыбы такой большой, знаете? – отрапортовала Анна.
– Знаю, – кивнул Северов и, оттолкнувшись ногой от земли, надавив на педали, поехал вперед, распорядившись: – Держись.