Почему это произошло со мной?
Парень несколько минут молчал, что-то обдумывая, потом вскочил:
- Раздевайся!
И с этими словами начал разоблачаться сам. Я оторопело смотрела, как он снимает сначала жилет, потом рубашку и остается с обнаженным торсом."
"- Ты что делаешь? - голос отказался мне повиноваться, поэтому вышло как-то сипло.
- Буду учить. Раздевайся, - повторил некромант и выжидающе сложил руки на груди, сверля меня взглядом.
- Ч-чему учить?
Он ухмыльнулся:
- Не тому, о чем ты подумала. Пока нет… Ты должна увидеть свою метку и кое-что понять про нее.
- Раздевайся, - в третий раз произнес он.- Пожалуй, я тебе помогу.
Он поставил меня лицом к себе и спиной к зеркалу и начал медленно расстегивать пуговицы на жилете. Потянул его вниз, проводя ладонями по плечам, неотрывно пристально глядя мне в глаза. Я же не смогла выдержать этого потемневшего до цвета штормового моря взгляда. Опустила глаза ниже, на трепещущие ноздри, на мужские губы, то сжимавшиеся в тонкую линию, то приоткрывавшиеся, чтобы выпустить струйку горячего дыхания.
Нет, это тоже не дело. Куда бы деть взгляд? Опустила еще ниже — на крепкую шею с выступающим кадыком, который тоже нервно подергивался, а рядом безумно быстро пульсировала артерия. Во рту пересохло. Дыхание участилось.
Жилет уже валялся на полу, и мужские пальцы приступили к обработке застежек на рубашке.
- Не могу удержаться, - шепнул Дрейк, склоняясь и слизывая с кожи выступившие бисеринки пота.
А затем продолжил сладкую пытку с расстегиванием рубашки и неуловимыми касаниями. После каждого касания, казалось, оставались следы.
Я вновь заглянула в глаза напротив. Но лучше бы этого не делала — настолько жаждущим и порочным было нечто в самой глубине. Поэтому отвела взор и залипла на горячем теле, находившемся так близко, что я ощущала исходящий от него жар, видела мельчайшее подергивание грудных мышц, когда на них попадало мое дыхание. Видела затвердевшие соски на массивной груди и сама не смогла удержаться — порывисто прижалась губами к одному из них.