Я знала, знала, что смогу помочь ему! Почему мне не позволяли увидеть его так долго? С другой стороны, пойди я сюда, сама не до конца восстановившись, не уверена, что мое присутствие бы помогло.
- Дрейк… - словарный запас резко сократился до одного единственного слова. Нет, до двух. - Люблю.
Вместо ответа меня сокрушили — губами, руками, горячей пульсирующей плотью — безжалостно сдирая вместе с одеждой стыдливость и оставляя лишь бесконечное желание принадлежать этому мужчине. Без долгих прелюдий, видя, что я и так готова, Дрейк овладел мною, страстно, исступленно, яростно, отдавая себя без остатка, но и забирая ровно столько же.
Каждый новый толчок — как капля. Этого мало, это ничтожно в сравнении со всепоглощающим желанием, заставляющим приникать сильнее, хотеть больше, стонать громче.
Еще немного сладостной лихорадки — и нас выкинуло в подпространство, разбив на мириады частичек, которые, перемешавшись еще сильнее, вновь соединились, сделав нас нами, только еще более связанными.
И вот, в момент, когда мы еще лежали обессиленные, не в силах расплестись, а я с восхищением разглядывала вернувшуюся брачную вязь на шее Дрейка, за дверью раздался топот, и она плавно распахнулась, являя лицо матери, которая говорила кому-то за своей спиной:
- Ну, а один из героев у нас… - на этом моменте ее глаза фиксируют живописную сцену.
Она резко развернулась, эффектно взметнув подолом, и захлопнула дверь с той стороны, стрельнув в меня предупреждающим взглядом.
Когда Аниэль ти Кано вновь возникла на пороге, мы выглядели уже более прилично — настолько, насколько это позволяло отсутствие приличной одежды. А Дрейку вообще одеть было нечего.
- Амиэль! - Воскликнула мама, являясь на пороге и прикрывая дверь.
- Мужа, - не очень галантно перебил Дрейк. - Леди ти Кано, позвольте представиться. Дрейк из рода ти Ремо.
Он держался с таким достоинством, будто только и делал, что щеголял в высшем обществе в одной простыне, обернутой вокруг бедер.
- И простите за мой вид, - извиняющаяся улыбка.
Мама замерла, разглядывая парня. Кинула взгляд на его брачную вязь на шее, затем на меня.