– В чем заключается ваше сотрудничество?
– Ко мне приходят и уходят люди. Я никогда не знаю, кто они такие. Я вроде как диспетчер, пересадочная станция. У меня можно переночевать. Я также могу передавать какие-то материалы или другие предметы.
– Неудивительно, что вы не в курсе происходящего. В Моссаде интересовались вашей биографией?
– Разумеется.
– И вашей жизнью на «Хюгенау» – тоже?
– Конечно.
– Что вы им рассказали?
– Я рассказал все как было.
– Ваши слова как-то фиксировались?
– Никто ничего не записывал.
«Он допускает! Тоже мне, аналитик. Чтоб в нашем-то деле и – без них?!»
– Какая была реакция?
– Сочувственная.
– И все?
– Да, все.
Старикан был напуган и выбит из колеи – нет, пожалуй, не напуган, здесь что-то другое. Плевать, какая разница. Пусть испытывает что угодно. Маховик начал раскручиваться по полной программе. В принципе, Соломона Красавчика можно было ликвидировать вслед за Остапенко, но такого приказа у Никиты Владимировича не было.
Израильская разведка Моссад – лишь одна из этих сторон.
Никита Владимирович ощущал полное удовлетворение.
Глава десятая
ПОТЕРЯ КОНТРОЛЯ"
"...Дверь отворил высокий худой человек неопределенного возраста. Ему могло быть как сорок, так и все шестьдесят лет. Седые волосы ежиком, нездоровый сердечный румянец, необычно полные губы, маленькие, глубоко посаженные глаза.
Судя по реакции, затрапезная внешность гостя произвела на него неприятное впечатление. Похоже было, что он ожидал увидеть кого-то другого. Он даже вздрогнул при виде затрапезного босяка.
И потому раздраженно спросил:
– Что вам нужно? Кто вы такой?
В гудящей голове капитана Гладилина пронесся вихрь возможных ответов. Он решил не называться сразу и осторожно сказал:
– Я из Славяновки.
Мужчина нахмурился, смерил его взглядом.
– Ах, это, стало быть, вы... Что ж, проходите. Признаться, я представлял вас совсем другим.
Он посторонился, Гладилин осторожно вошел, мимоходом оценив хозяина. Хлипкая наружность выглядела обманчивой. Гладилин угадывал стальные тросы мышц и готовность в любую секунду постоять за себя. Как показало дальнейшее, напрягать мышцы хозяину не пришлось.
Капитан прошел в гостиную – снова беднота, как в немкиной хате. Удивительно, да.