"
"После чаепития мы перебрались в комнату Сони – большую, светлую, со шкафом во всю стену, заставленным фарфоровыми куклами.
– Это мы с мамой коллекционируем. Некоторые из путешествий привозили. Вот эта – с венецианского карнавала. Платье вручную расписано, представляешь? Конечно, больше мамина затея их собирать, но мне тоже нравится.
Комната Сони была красивой, девичьей. На стенах много рамок с семейными фотографиями, судя по которым Аверина вместе с родителями исколесила полмира. Вооружившись конспектами и распахнув окно, мы уселись на широкий подоконник.
Мы разобрали несколько задач, и Аверина даже меня похвалила, что, безусловно, очень приятно. Когда все намеченное было сделано и больше меня ничего не держало, я поняла, что совсем не хочу отсюда уходить – так комфортно и уютно мне у Сони.
Аверина в этот момент переписывалась в телефоне и загадочно улыбалась. Судя по ее довольному выражению лица, с Вовой.
– Твой брат пишет, – пояснила Соня, заметив мой заинтересованный взгляд.
Слушая ее, я вдруг поняла, что теперь при мысли, что мне приходится делить единственного родного человека с кем-то, я не испытываю досады и раздражения, как раньше.
– Вот бы вы меньше ссорились, – искренне сказала я.
Соня посмотрела на меня с интересом.
– Ты всегда казалась мне такой букой, – наконец проговорила она. – Твоя миловидная ангельская внешность никак не сочеталась у меня с твоим душевным миром и острым языком.
«Жил-был маленький котенок,Был совсем еще ребенок.Ну и этот котя милыйПостоянно был унылый.Почему – никто не знал,Котя это не сказал».– Это, кстати, Александр Блок. У него не только школьная «Девушка пела в церковном хоре»…
– А что поделать, не я такая, а сама жизнь, – вздохнула я.
– Вова редко рассказывает о своем детстве. – Мы по-прежнему сидели на подоконнике, и Соня придвинулась ближе ко мне.
Вова был близок с дедушкой. Намного ближе, чем я. Возможно, мой брат любил деда намного больше, чем родителей. Но я почему-то никогда не задумывалась об этом.
– Знаешь, иногда в фильмах показывают, как совсем маленьких детей берут из детских домов, а спустя какое-то время отдают обратно.