А еще нарисовала на веках непривычные для меня стрелки. Все это не осталось незамеченным Вовой.
– Для Давидика постаралась? – спросил брат язвительно, когда мы уже обувались в коридоре.
– А тебе какая разница? – огрызнулась я.
– Да он урод последний, – сказал Вова, – мне он не нравится.
– Тебе никто не нравится, – усмехнулась я.
– Что ты имеешь в виду? – насторожился брат.
– Ничего!
– Сама взъелась на мою Соню…
– Там хотя бы причины есть.
– Какие еще причины? – Вова перегородил мне дорогу.
– Пусти!"
"Брат иногда мог здорово выводить из себя.
– Кать, вас довезти?
– Вову довези, я пешком пройдусь, не развалюсь! – выкрикнула я и сбежала по лестнице. Лифт так и не починили.
Злость на Вову не проходила. Еще Соню приплел… К Авериной у меня была вполне конкретная претензия, а вот с чего Вова на Давида взъелся – загадка. Давид и мухи не обидит.
После вчерашнего дождя на улице было свежо. Прохладный ветер обдувал лицо, на траве и свежих зеленых листьях блестели капли. По дороге в школу я получила сообщение от Динки: подруга честно сообщила, что в школу сегодня не придет, потому что мама в командировке, а у них с Виташем планы на день. Рано она, конечно, закруглилась с учебой – целый май впереди и контрольные за год.
Но сегодня мне не до чужих отношений. До самой репетиции голова была занята только Давидом. Хотела отвлечься от проблем? Пожалуйста!
После занятий к актовому залу я неслась на всех парах. Там уже собрался народ, однако Давид еще не подошел. Кто-то из девчонок сказал, что он всегда задерживается. «Задерживается… – подумала я, – как начальство».
Пока не появились Давид и Ирина Вадимовна, я познакомилась со всеми ребятами.