Ну — тут и не должно было проблем возникнуть, учитывая, что Тигр у нас — очень даже приличный человек. Депутат госдумы, на секундочку, — кто бы вот мог подумать… Н-да.
— Все документы мне по яхтам, — бросаю, едва войдя, сжавшейся секретарше. — Все подготовь, — кто работал с последними проектами, кто имел доступ, — абсолютно все. И собери записи с камер за последние пять месяцев.
Конечно, — не может быть все так просто и очевидно. Те, кто встречался с нашим главным инженером, — явно не такие идиоты, чтобы оставить след.
И засланным может быть, кто угодно. Да даже секретарша. На подозрении — все и каждый.
Просматриваю материалы до тех пор, пока не начинает резать глаза.
Одиннадцать вечера, — замечаю, бросив взгляд на часы.
Собственное расследование, — это, конечно, хорошо, но и из нашего гостеприимного хозяина не мешало бы информацию трухануть.
Про сыновей Альбиноса он прекрасно знал. Интересно, чем еще сможет порадовать? Уж наверняка должен знать и о тех, кто мог бы на такой уровень замахнуться, — тут тебе не мелочь. И таких людей может быть совсем немного, — наверняка мы знаем каждого из них по именам.
И даже тех, кто отсиживается в тени. Самые умные, самые матерые никогда нигде не засветятся. У них везде свои ставленники — в бизнесе, в политике, на государственных должностях.
— Конечно, дорогой, всегда рад видеть, — сочится медом вкрадчивый голос Маниза.
— Мне только поговорить, Маниз, — вздыхаю, понимая, что разговором, конечно, не обойдусь, — обижу хозяина. — И фирменное блюдо, конечно, буду счастлив попробовать.
— Жду тебя, дорогой.
Маниз сидит все в том же кресле наверху.