Вслух я говорю лишь:
— Правда? Тогда почему бы ее просто не добавить в список?"
"— Хорошо, — соглашается президент, записывая имя Энни. — Хочешь стоять рядом со мной во время заявления?
Я отрицательно мотаю головой.
— Так я и думала. Тогда иди. Я начинаю.
Я пробираюсь обратно к Финнику.
В Тринадцатом бережливость распространяется даже на слова. Койн призывает публику к вниманию и сообщает, что я согласилась быть Сойкой-пересмешницей при условии, что остальные победители — Пит, Джоанна, Энорабия и Энни — будут помилованы, какие бы преступления против революции они ни совершили.
Толпа неодобрительно гудит. Похоже, никто тут не сомневался, что я горю желанием быть Сойкой-пересмешницей, и вдруг условие — помиловать возможных преступников! Я стараюсь не замечать направленных на меня враждебных взглядов.
Несколько секунд президент не вмешивается во всеобщий ропот, затем бодро продолжает. Однако на этот раз ее слова являются для меня полной неожиданностью.
— Выдвигая это беспрецедентное требование, солдат Эвердин со своей стороны обязуется целиком посвятить себя делу революции.
Таким образом, всякое отступление от возложенной на нее миссии — словом или делом — будет рассматриваться как нарушение сделки. В этом случае амнистия будет отменена, и участь четырех победителей определит суд согласно законам Тринадцатого дистрикта. Равно как и судьбу самой Китнисс Эвердин. Спасибо.
Другими словами — один неправильный шаг, и все мы умрем.
5
Еще одна сила, с которой нужно считаться.
Еще один серьезный игрок, решивший использовать меня пешкой в своей игре, несмотря на то, что до сих пор это ни разу не приводило к желаемому результату. Распорядители Игр делают из меня звезду — потом не знают, как спасти свою шкуру из-за горстки ядовитых ягод. Президент Сноу пытается погасить мною пламя восстания, но каждый мой шаг распаляет огонь сильнее. Повстанцы вытаскивают меня металлическими щипцами с арены, чтобы я стала их Сойкой, и с удивлением понимают, что я вовсе не желаю отращивать крылья.
И вот теперь Койн со своим драгоценным ядерным арсеналом и послушным Тринадцатым дистриктом, действующим как хорошо отлаженный механизм. Ей тоже довелось узнать, что поймать Сойку гораздо легче, нежели выдрессировать. Однако Койн быстрее других поняла, что я действую сама по себе, а потому представляю опасность. Поняла — и объявила об этом во всеуслышание.
Я провожу рукой по толстому слою пены. Хорошенько отмокнуть в ванне — только первый шаг.
