Соски вмиг напряглись, стоило представить их во рту Царева.
Боже. Планировала задержаться минут на двадцать, но поняла, что больше не могу ждать. Я вся сгорала от нетерпения скорее оказаться в его руках. Не в силах сопротивляться пьянящему предвкушению, открыла калитку и вышла на улицу.
Ворота соседского дома оказались открыты: прошмыгнув внутрь, я застыла, с удивлением поворачивая голову по сторонам. Свет не горел, кругом была темень, хоть глаз выколи. В первую секунду почувствовала себя невероятно глупо. Вдруг сосед забыл о своем приглашении?
– Гвидон, ты здесь?! – позвала, прислушиваясь.
Я повернула направо, делая несколько решительных шагов к входу. С облегчением вздохнула, обнаружив, что и эта дверь не заперта. По телу пронеслась дрожь, стоило переступить порог. Вскрикнула, потому что неожиданно кто-то появился за спиной, сжал мои запястья и, не давая опомниться, натянул на лицо непроницаемую черную маску.
Боже.
Кровь с такой силой ударила в виски, что на несколько секунд меня оглушило. Чье-то судорожное дыхание опалило лицо, а бесстыжие пальцы пробрались под резинку трусиков.
– Гвидон? – позвала еле слышно, в надежде услышать хоть что-то, но сосед продолжал молчать.
Его тяжелое сдавленное дыхание отдавалось эхом у меня между ног. Все чувства обострились, кипящая жажда наэлектризовала каждую клеточку тела.
Трахни меня!
Трахни меня!
Трахни меня! – вертелось на онемевшем языке.
– Гви… – не давая закончить, «незнакомец» раскрыл мои губы большим пальцем: задыхаясь от волнения, я стала медленно его сосать, пока хозяин дома продолжал двигаться со мной на руках.
Наконец, скрип двери вывел из гипнотического транса. Сцепив лодыжки у мужчины за спиной, я прижалась еще ближе, ощутив горячую твердость у него между ног.
– Скажи хоть слово… – промычала, сильнее намокая от того, что кончик его пальца все еще находился у меня во рту.
Пальцы на автомате потянулись к маске, но «незнакомец» не позволил ее снять, резко перевернув и шлепнув по заднице."
"– Мне страшно… – произнесла на полном серьезе, несмотря на то, что возбуждение, скопившееся внизу живота, отчаянно требовало выхода.
Снова молчание.