Тая довела меня до такой степени, что я отдаю решение в руки смерти, забывая о той, ради которой стоит жить, и обо всех обязательствах перед ней. Губы немеют, руки потеют, а в ушах стоит гул. Тая цепляется за мою руку с револьвером, плачет, боясь дергать мою руку, чтобы я нечаянно не нажал на спуск.
— Тим. Тимур…, - всхлипывает, вся дрожит. — Пожалуйста…, пожалуйста…, - повторяет. Сердце почти не бьется, смотрю в ее глаза, полные слез, и понимаю, что возможно это последнее что я вижу, перед тем как покинуть этот гребаный, несправедливый и жестокий мир.
Тут будет реклама 1
Вижу, насколько она искренняя и настоящая в этот момент, и я настоящий, вот такой, ровно тот, в кого она меня превратила. Кидаю мимолетный взгляд на окно, чувствуя, как ее пальчики все сильнее и сильнее сжимают мою руку с револьвером, обжигая мне кожу. Сука! Трахал ее много раз, и все равно кожа горит от каждого ее прикосновения. Смотрю на рассвет за окном, всего пару минут, чтобы забыться, отстраниться от ее слез и дрожащего тела.
Тут будет реклама 2
Она что-то еще говорит, сквозь истерику, но я уже ничего не слышу, я на грани отчаяния и свободы. Свободы от нее и моей отравляющей зависимости. Она во мне, глубоко залезла под кожу неизлечимой, пагубной зависимостью, отравляя собой каждую клетку моего тела. И я настолько болен, что меня излечит только смерть. Ухмыляюсь сам себе, решая, что нашу судьбу должен решить случай. Игра в русскую рулетку. И шансов у меня четыре к двум. Дрожь проходит, нажимаю на спуск под громкий, оглушительный крик Таисии, чувствуя, что смерть подобралась близко, но моя смерть заключается в том, что судьба не желает давать мне свободу таким способом.
Тут будет реклама 3
Она оставляет мне шанс умирать тысячу раз, уже без нее… Щелчок, осечка… Я буду жить.… А точнее медленно умирать.
Открываю барабан револьвера, вынимаю из него две пули, которые так и не принесли мне свободы.
Сжимаю пули в руках, пряча их в кармане, забирая с собой как напоминание об этом дне.
Тут будет реклама 4
Таисия не двигается, замерла, словно неживая, грустная кукла с застывшими слезами. Молчит. Вот и хорошо.
Надеваю куртку на голое тело, кидаю последний взгляд на принцессу…
— Ну и иди! — кричит она, срываясь в истерику. — Давай, выметайся отсюда! Уходи. Оставь меня. Я привыкла, что никому не нужна! И мне никто не нужен. Вы мне не нужны! — хочется спросить кто это «мы», но я уже ничего не могу сказать, я мертв и ничего не чувствую.
