По краю безумия

— Доверяю! Я… я просто… — не знаю что ему сказать и просто начинаю говорить как все было, опуская самые гадкие моменты, где Славик разрезал мое платье, как сжимал и щипал мою грудь, как целовал, прокусывая губы, а я отвечала ему для того чтобы усыпить его бдительность и дотянуться до ножа. Рассказываю про допрос, как они не понимали меня и не хотели слышать правды, а сама вижу, как он стискивает челюсть. С каждым словом чувствую приближающуюся истерику, но Тим не дает мне сорваться. Сладким, самым желанным поцелуем вырывает меня из лап моей черной бездны.

Его такой желанный поцелуй, словно стирает из моей памяти все плохое и возвращает на несколько месяцев назад, где мы вдвоем любили друг друга без слов. Ведь любили! Любили уже тогда, но почему я поняла это так поздно? Его жадные, поглощающие меня губы дают мне хрупкую надежду, что все будет хорошо. Наши языки сплетаются, мы как будто одно целое, дышим друг другом, не нуждаясь в этот момент даже в кислороде. И я уже сама обхватываю его лицо и со всхлипом притягиваю к себе теснее, чтобы не смел отстраняться и останавливаться. Вдыхаю его терпкий запах и понимаю, что это самый лучший и самый любимый мой запах. Такой родной, такой мой. А потом сама рывком от него отстраняюсь, немного пошатываюсь от слабости словно пьяная. Смотрю ему в глаза, не отпуская его лицо, провожу по разбитой губе языком и понимаю, что Тимур уже вынес Славику приговор, осталось только привести его в исполнение, поэтому он сравнительно спокойно меня выслушал.

— Не смей! — требую. — Слышишь, не смей, — прошу, приказываю я. Плевать, я просто не смогу потерять его в очередной раз, я не выдержу больше.

— Чего не сметь, принцесса? — делает вид, что не понимает.

— Обещай, что ничего не сделаешь Славику. Не будешь мстить и наказывать. Обещай!

— Тая, я…

— Обещай, сейчас! — обрываю я его, не желая ничего слышать. — Разве ты не понимаешь, что если с тобой что-то случится, я этого не переживу.

— Со мной ничего не случится, — уверенно отвечает он, убирает мою руку от своего лица и нежно целует мои ладони.

— Обещай, если любишь меня, то не будешь ничего предпринимать, — смотрю в его глаза, а он их сильно зажмуривает и сжимает мою талию до боли.

— Таисия, ты опять делаешь это со мной? — тихо, хрипло спрашивает он, так и не открыв глаза.

— Пожалуйста, — прошу я, целуя дрожащими губами его закрытые веки. — Ради меня. Я просто не вынесу, если с тобой что-то случится. Ты единственный, кто у меня остался.