Почему пять дней? Если он знал, как меня найти, почему собирался ждать пять дней? Нет, после смерти Виви уже прошло двое суток. Значит, до встречи с этим человеком оставалось три дня.
Быстро попрощавшись с Онуром, я резко развернулась и быстрым шагом пошла к выходу из комнаты. После этого по лестнице поднялась на третий этаж. Туда, где находилось общежитие факультета стихий.
— Три дня? Это будет воскресенье. Почему именно этот день? – пробормотала, спрашивая у самой себя. Этот день какой-то особенный? Или это очередная попытка меня запугать? Подобной фразой Он ставил меня во временные рамки.
Пока шла по коридору, постоянно с опаской оглядывалась по сторонам. Чувствовала на себе взгляды и, нет, мне не казалось.
«Смотри. Это же та первокурсница со шрамами на лице. Это она раздражает Арона. Не зря же».
«Ее уже выпустили из темницы?».
«Выглядит мерзко. Я слышала, что она у кого-то украла платье. Воровка. Фу».
Пока шла по коридору, многое услышала. И то, что от меня воняет, ведь меня ни разу не видели вместе со всеми в купальнях, а, значит, я не моюсь. И то, что у меня точно вши. А так же то, что я крисятничаю, ворую и вообще веду себя мерзко.
Так вот значит, что происходит, когда ты не нравишься Арону. Тебя, действительно, начинают ненавидеть абсолютно все. Выискивают минусы, раздувают их, придумывают непонятно что. Гнобят. И все их пренебрежение витало в воздухе и липло к коже, словно грязь из болота.
Все эти фразы хоть и были сказаны шепотом, но достаточно громко. Чтобы я услышала, так же заметив брезгливые взгляды.
Плевать. Мне на это плевать. Я зашла в свою комнату и закрыла дверь. Увидела, что тут было значительно пустее – моя соседка съехала, захватив с собой все свои вещи.
Я взяла кресло и пододвинула его к двери. Так ощущала себя немного более защищенной. После этого села на кровать и убрала подушку, тут же увидев бутылочку с моим зельем.
— Да ладно?.. – пробормотала и мысленно выругалась. Эту бутылочку точно кто-то трогал. Я ее оставляла в другом положении. Я лихорадочно оглянулась, понимая, что вообще в моих вещах рылись.