— Не переживай, — она попыталась меня успокоить. — Все будет хорошо.
Все будет хорошо... Как же сильно я этого хотела. Но на душе было как-то неспокойно.
— Кина, этот оборотень явился на призыв бесноватого...
— Да, ты рассказывала, но, тебе действительно волноваться не стоит. У нас так принято. На тебе метка другого и тот оборотень не может ничего сделать. Он первым тебя не пометил, значит, не успел. Все. Правила есть правила.
Я крайне сомневалась в том, что Брант вообще захотел бы ставить на мне метку. Он желает просто попользоваться мной, а метку оборотни оставляли на тех девушках, которых хотели сделать своими навсегда.
— А как зовут того оборотня? — спросила Кина. Я нахмурилась. У меня в голове сейчас творилась каша. Из-за встречи с Киной была взвинченной, а после поставленной метки, опять-таки, слабой. И только сейчас поняла, что не назвала имя Бранта. Сказала, что он явился на призыв бесноватого и вкратце рассказала, что вообще происходило.
— Брант, — пробормотала.
— Брант? — переспросила Кина округлив глаза. — Серьезно? Брант? Такой массивный и высокий с растрепанными волосами и голубыми глазами?
— Да, это он.
— Такое на Бранта вообще не похоже, — подруга нахмурилась и прикусила губу. — Чтобы он так сильно заинтересовался девушкой. Да еще и с человеческой расы."
"— Заинтересовался? Тут нет никакого интереса. Только похоть и инстинкты, — я отрицательно покачала головой.
— Он не любит вообще всех людей. Но многие оборотни так относятся к вашей расе. У нас с братом хорошие отношение с людьми только потому, что мы долгое время жили среди вас, — девушка взяла меня за руку и повела за собой к выходу из общежития. — Но, да. У Бранта к людям почти ненависть.
Мы вышли на улицу и пошли к зданию академии. Уже наступил вечер и комендантский час был не за горами.
— Слушай, может, мне сказать Бранту, что запах на мне другого оборотня не потому, что у нас был интим, а потому, что он просто поставил на мне метку? Думаю, так будет спокойнее.
— Нет, — Кина резко отрицательно помотала головой. — Скажешь, что не было секса — Брант поймет, что метка временная и все это лишь спектакль. Вот это его может разозлить.