Все же в Дюран не так много настолько коротко стриженных девушек. Она бросалась в глаза.
Я не стала спорить с этими первокурсницами. Скажу, что не пойду с ними и, вполне возможно, что Релив со своей свитой заявится сюда. Или хуже — перепадет Кине за то, что она меня прятала. Конечно, у нее есть брат, который защитит, но девушки могли быть еще теми змеями, а Кина лишь третьекурсница, и ее положение в академии, перед пятикурсниками шаткое.
Я пошла за девушками и они отвели меня в одну из аудиторий.
— Ну и где ты пропадала все это время? — спросила Релив. Раздраженно и зло. — Ты вообще тупая? Не знаешь правил академии?
— Это те правила, по которым я должна во время комендантского часа сидеть в прачечной и выстирывать твои платья? — поинтересовалась, напоминая пятикурснице о том, что именно она любитель нарушать эти самые правила.
Девушка подошла и, вообще ничего не сказав, влепила мне пощечину. Сильную и унизительную. Кожу тут же обожгло болью.
— Практикуешь рукоприкладство? — посмотрела на пятикурсницу с ненавистью. — Это тоже одно из правил академии?
Одна из подруг Релив толкнула меня в плечо, из-за чего я оступилась и чуть не упала на пол, но смогла устоять на ногах. Все же я пока что была слабой после той метки, оставленной Рейном.
— Твоя первокурсница видно не знает, что такое рукоприкладство, — засмеялась эта девушка.
— Она вообще ничего не знает. Упрямая. Я вот думаю показать ей, что такое рукоприкладство. Может, хотя бы так мозги появятся... — Релив резко замолчала и с каким-то ужасом посмотрела куда-то за мою спину.
Я обернулась и увидела Арона. Все произошло как-то быстро и внезапно. Парень, оказавшись около меня, вплел пальцы в мои волосы. Сжал их и дернул меня на себя, после чего наклонился и через нос, вдохнул запах, практически касаясь губами моей шеи.
У меня сердце заколотилось, словно бешеное и казалось, что по венам побежала не кровь, а кипяток. В таком положении я не видела лица Арона, но ощущала, как от него исходила ярость и нечто такое, что было похоже на всепоглощающую жажду крови.
— Мы... Мы ничего не собирались с ней делать. Я лишь говорила, но я бы этого не сделала, — услышала испуганное бормотание Релив.