— Нельзя оставлять наших без помощи, да и магистров нужно отыскать…
— С этим согласен, — кивнул Лион, теперь он выглядел собранным и оживленным. — Пойду соберу остальных.
— Вожаком себя возомнил? — окрысился Шенрияр, но ответить Лион не успел.
Гигантские литые двери в противоположном конце зала с грохотом распахнулись.
Строевым шагом вошли четверо инквизиторов в низко надвинутых широкополых шляпах, скрывающих лица. Встали по бокам от входа.
Вслед за ними медленной, вальяжной походкой прошествовал высокий худощавый человек в приталенном костюме из серого вельвета и узких, по последней моде, штанах.
Он был в годах, но лицо все еще хранило отпечаток былой красоты — бледной и надменной, как погребальные лилии; такая красота обычно свойственна аристократам и ученым. Глубокая седина нисколько его не портила, придавая облику особый шарм.
— Верховный… — по залу прокатился изумленный вздох.
Я схватилась руками за подбородок в безуспешной попытке справиться с собственной изумленно отвалившейся челюстью.
Великий инквизитор? Тот, кого я видела лишь на газетных гравюрах, третий человек в государстве после императора и сенатора Амвэла… Кого за глаза называют гулем, куклой в руках Сената, но боятся пуще самого Ваал Гала…
Что, раздери меня саламандра, ему понадобилось в академии?!
Похоже, этим вопросом задавалась не только я.
Один из сопровождавших поднял склоненное лицо. Под полой шляпы я разглядела острый подбородок, кончик хищного носа, глаза за полоской очков… И едва не вскрикнула. Дей!
Он скользнул по толпе равнодушным взглядом, задержался на мне… и снова низко опустил голову.
Инквизитор тем временем, сделав несколько шагов, остановился, опираясь на трость. Сочный красный рот дрогнул, обнажая здоровый оскал человека, регулярно посещающего дантиста.