Несколько раз зацепившись за выступы неровного пола, я больно ушиблась плечом и, наконец, со всего размаху шлепнулась в зловонную лужу, подняв веер грязных брызг. Шмыгнула носом, потерла кулаками глаза… и горько разревелась.
Я ведь никогда по-настоящему не оставалась одна. Да, временами я чувствовала себя страшно одиноким человеком, но под боком всегда были друзья, а еще родители — с ними, конечно, не обходилось без ссор, но я знала, что они все равно любят свое непутевое чадо…
А здесь? Я была пленницей! К тому же забытой и никому не нужной! Даже собственным тюремщикам.
"Немного успокоившись, я вытерла заплаканное лицо рукавом.
Возмущенный внутренний монолог резко оборвался. Теперь вся сила воли уходила на то, чтобы совладать с бухающим как молот сердцем и процессией мурашек, бегущих вдоль позвоночника.
Из противоположной стены на меня смотрели глаза.
Я громко сглотнула. Надо признать, я уже почти смирилась с тем, что попала в другой мир, куда меня притащил говорящий дракон. Но это вовсе не означало, что отныне мое сознание все чудеса готово было воспринимать с такой же легкостью.
Глаза исчезли, и, прежде чем я успела перевести дух, передо мной предстало странное существо.
Маленькое, ростом, наверное, с годовалого ребенка. Широкая вытянутая мордочка с аккуратными отверстиями ноздрей сплошь покрыта мелкой зеленой чешуей. Уши, как два паруса, тонкие, с алыми прожилками; огромные, сияющие в темноте глаза навыкате. Одето существо было весьма странно: красный бархатный, расшитый золотом камзол, на голове — миниатюрная тюбетейка с кисточкой.
Некоторое время мы молча играли в гляделки.