Амира словно в рабстве держат, ведь у мужа практически нет времени на меня, хотя в начале нашего брака он и находил это самое время…
– Всё! Хватит, Зара, иначе вы снова поссоритесь! – говорю я себе и поднимаюсь на второй этаж, где у нас расположена спальня. Сердце от волнения бьется с удвоенной силой, а гордость всё нашептывает, что я, как последняя попрошайка, сама вернулась туда, откуда меня выгнали.
Но Хамид прав, не время перетягивать канат. Кто-то должен быть мудрее и первым сделать шаг к примирению, пока оно еще возможно.
Толкаю дверь в спальню, подхожу к постели, на которой лежит муж, и… застываю.
На постели лежит вовсе не муж.
Голая женщина, едва прикрытая моим любимым одеялом, окидывает меня скучающим взглядом, а потом переводит взгляд мне за плечо:
– Дорогой, ты же говорил, что она в своем отцовском доме. Ты что, решил вернуть ее именно сейчас? – капризно тянет неприятная особа, пока я в полнейшем шоке перевожу взгляд на только что покинувшего ванную мужа.
Обмотанное вокруг бедер полотенце и мокрые волосы, как и торс, не оставляют в этом никаких сомнений.
– Ты что, с ней спал?! – не выдерживаю я сковавшего грудь напряжения.
– Что ты тут делаешь? – словно в том, что я обнаружила, нет ничего особенного, недовольно спрашивает муж.
– Что я делаю?! Что ты тут делаешь с этой шлюхой?! – зло спрашиваю я, указывая на наглую дрянь, что с такой легкостью прыгнула в постель к чужому мужу."
"– Это я-то шлюха?! – ярится вдруг девица.
– Кто же еще, раз раздвигаешь ноги перед посторонним мужчиной? – поворачиваюсь я к ней, не понимая, где мои слезы.
– Законная жена, вот кто! Дорогой, почему ты молчишь? – поворачивается она в сторону Амира, совершенно не обращая внимания на мой шокированный вид.
– Же… Жена? – выдыхаю я, не в силах поверить в услышанное.
– Законная, – самодовольно заявляет девица. – Могу показать свидетельство, если передашь мне сумочку, – кивает она в сторону, куда я автоматически бросаю взгляд и замечаю в спешке скинутое шлюхой платье и сумочку.
При одной мысли о том, что мой муж проделывал с ней на нашей кровати, желчь подступает к горлу, и я на секунду прикрываю глаза. Амир молчит, что еще больше ранит. Пытайся он как-то оправдаться, мне было бы куда легче. Но он и бровью не ведет.