В тот же вечер, но значительно позднее, состоялся у Полуяна еще один разговор. На сей раз с Пушником. Среди пленных он единственный вызывал доверие. Этот железный мужик прошел всё круги душманского ада и остался человеком. На такое не каждый способен.
В камеру вползала душная южная ночь. За стенами тюрьмы – мертвая тишина. Пушник лежал в углу, неуклюже разбросав онемевшие ноги. Черные, в струпьях, ступни, вздутые, тоже черные, лодыжки были облеплены комарами, москитами. От соломы, служившей подстилкой, шел тяжелый дух, но у окна все же легче было дышать.
После выкуренной закрутки Полуян почувствовал прилив сил. Его распирало желание пообщаться. Опустившись возле прапорщика, он спросил:
– Плохо тебе, Микола?
– Почему? Лежу, как в санатории, отдыхаю.
– От чего отдыхаешь?
– От стрельбы. Никого не убиваю, чужой крови нелью.
– Раньше небось об этом не думал?
– Раньше – нет. Теперь, когда с того света вернулся, размышлять начал. Тем бы, кто меня послал убивать, автомат в руки. Им бы приказать: убей!..
– Вот и я говорю, – невпопад оживился Полуян, – драпануть бы из цей тюряги.
– Благими пожеланиями дорога в ад вымощена – так мой мудрый дед говорил.
– Академик твой дед, ума палата.
– Он меховщик, шубы ладит. Вся Балашиха к нему бегает: Пушник посоветуй, Пушник подскажи, а то и взаймы дай… без отдачи.
– Давал? – недоверчиво спросил Полуян.
– Само собой. На том свете, говорил, сочтемся. Бога чтил превыше всего. Библию знал от корки до корки.
– Завираешь, прапор. На кой ляд та Библия?
– Ты моральный кодекс строителя коммунизма изучал?
– Да уж, в школе заместо молитвы долбить заставляли.
– Вот-вот, тот кодекс и есть библейские заповеди.
. – Ни в жисть не поверю.
– Представь себе, из Нового завета наши пропагандисты содрали.
– Лихо! Во что верим!.. Ты семейный?
– Не обзавелся, не успел.
– И я не сподобился. Перед призывом нацелился свадьбу сыграть – отговорили. Может, и к лучшему. Сирот плодить – последнее дело. Вот если бы тягу дать…
– Ну, убежишь, а дальше?
– Туточки, слыхал, племена вольные проживают, против властей даже настроенные.
– Пуштуны, что ли? Но как с ними связь установить?
– Через Абдулло. Я его прощупывал.
– Ты бы поостерегся. Где гарантия?..
– Да я его тогда собственными руками…
– Если тебе их прежде не укоротят. – Пушник помолчал, обдумывая услышанное. Потом раздумчиво сказал: – Ладно, пусть так. Но не трепись по-пустому, Ян. С Абдулло общайся один на один, никого не посвящай.
– Бежать надо скопом.
– Не бери в голову.