Трейс сразу нашел меня глазами и улыбнулся.
— Феерично выглядишь, Фейт. Совсем как древняя наяда у фонтана.
— Очень смешно.
А тот перевёл взгляд и неожиданно осёкся. Я тоже повернулась, пытаясь понять, что же именно его так отвлекло, и едва не выругалась. Меня-то они прикрыли, а манекен, который в крайне неприличном свете показывал мою фигуру — нет! И вот как раз на неё дракон сейчас и пялился.
— Кхм! — многозначительно прокашлялась я, краснея ещё больше.
Права была швея, фигура у меня есть.
— Ох! — ахнула модистка, схватила артефакт, и, мигнув, манекен исчез.
— Трейс, — требовательно позвала сына герцогиня.
— Что? Ах да, я принёс драгоценности, — произнёс он и снова бросил на меня осторожный взгляд. Будто приценивался. Или сравнивал. Извращенец! — Так, где платье?
— Вот оно, — произнесла модистка, продемонстрировав ему наряд.
Ну что ж, всё оказалось не так плохо, как могло показаться на первый взгляд. Цвет действительно был серебристый, а не мышиный.
Платье закрытое, с кружевным воротничком и крохотными жемчужными пуговичками. Длинные пышные рукава и узкие манжеты отлично скроют брачный браслет. Тонкое кружево на корсаже тоном чуть темнее платья. Красивое и невыносимо скучное.
— Это? — переспросил Алтон.
— Да, — выступила вперёд драконица. — Правда, миленькое? Фейтелин будет в нём очаровательна и невинна.
Если она ещё раз назовёт меня полным именем, я не выдержу!
— И пресна, — подытожил дракон и покачал головой.
— Но, дорогой… мы уже выбрали.
— Фейт? — Трейс взглянул на меня и требовательно спросил: — Ты это выбрала?
Ну вот и что теперь делать? Правду сказать? Драконица ещё в прошлый раз весьма недвусмысленно показала, что моя защита ей не нужна, так что скрывать всё равно нет никакого смысла.
— Нет, я не видела платье, но подтвердила выбор герцогини, — ответила ему.
Ноги от долгого стояния на проклятом пуфике уже начали болеть.
— Не глядя?
— Да.
— Не ожидал от тебя, — задумчиво отозвался он и шагнул к куче платьев, заинтересованно что-то рассматривая.
Я сама от себя не ожидала такого послушания. Но если честно, просто устала. От всего. И от его мамаши в том числе.
— А это что? — тем временем спросил Трейс, потянув за изумрудную ткань и выуживая на свет платье невероятной красоты.
Так похожее на то зелёное, что погибло смертью храбрых в пустыне. Только богаче, красивее.