– Хватит, – просит Сильвана, вставая между ними.
– Мама, неужели ты не понимаешь, что все наши беды – из-за него! Сначала он поставил нас в бедственное положение, потом из-за его иномирной внучки Элида…
Резкий голос Ланабет прерывает его:
– Не сваливайте ответственность на других! За вашу дочь и её моральный облик отвечали только вы. Валерия перешла дорогу многим девушкам, но лишь некоторые из них были готовы на такие меры.
– Элида и её подруги просто не знали, кто она! – Вольдемир отталкивает жмущуюся к нему Меладу.
Арен крепче сжимает меня. Леденящая кровь улыбка скользит по губам Ланабет:
– Просто какая-то безродная иномирянка? Это вы хотели сказать, виконт?
Он бледнеет, но возразить не смеет. Надо же так пройтись сразу и по мне, и по ней.
Притягивая чашку, Ланабет снова улыбается:
– Вы счастливчик, Виконт. Вам повезло дважды: в том, что Валерия сидит сейчас на коленях Арена, и это его успокаивает, иначе, боюсь, без травм бы вы не остались.
Цвет лица Сильваны становится в тон её пепельных кудряшек.
Ланабет отпивает чай и продолжает:
– Эмоции – это, конечно, бесценно, но в оскорбления скатываться не стоит. Это у людей родословная, законность отношений, деньги и земли ценятся, а у драконов иные приоритеты, и родословные избранных, а уж тем более денеи, для них не имеют никакого значения.
– И Леру задевать не надо, – на этот раз произносит дедушка. – Она к нашей ссоре отношения не имеет. Я не помнил, кто я, и мой сын родился в законном браке того мира, так же как и Лера. Об Эёране я не помнил ничего.
– Очень удобно, – язвит Вольдемир.
– Ужасно!
– А что ужасного, если ты нас даже не помнил? Гулял там, развлекался с какой-то шлюхой…
Кулак дедули молниеносно прилетает ему в челюсть. Отшатнувшийся Вольдемир растерянно щупает набухающий синяк, лицо его искажается гневом.
– Не трогай их!
– Ненавижу! Ненавижу тебя! – пыхтит Вольдемир, меся дедулю кулаками, а тот неожиданно хорошо прикрывается и даже отбивается. Припечатывает Вольдемира лбом по носу.