Солнце успело подсушить росу, и по газону идти приятнее, хоть он и не сверкает так прекрасно, как прежде.
– Валарион сейчас где?
– В лабораторных палатах Лина.
Сочувствие охватывает меня до кончиков пальцев. Никому не пожелаю очнуться там в одиночестве: гудят машины, сотрудники странные и просто жутковато. Срочно надо привести к Валариону Нику.
И ей это тоже нужно. Наверное, больше, чем ему. Для него прошедших страшных дней не было.
Оглядывая дворец, к стыду своему замечаю, что даже с повёрнутой к нашей башне стороны он слегка покосился.
– Ремонт… дорого обойдётся? – тихо спрашиваю я, вспомнив, сколько на мне счетов по ремонту академии.
– Не переживай, всё… в пределах нормы.
– Но он сильно покосился!
– Маги починят, – Арен целует меня в щёку. – Починили бы уже, если бы боялись меня потревожить, всё же я денеюшку охранял. Но теперь всё исправят, даже не думай об этом.
Трудно не думать, когда оно вот перед твоими глазами, надвигается на тебя всей огромной сверкающей магическими печатями помятой громадой.
Прихрамывающий Видар идёт медленно, на крыльце мы догоняем и его с Ранжером, и притормозивших императора с Ланабет.
Двери чинно расходятся, открывая сверкающий золотом и наполированным деревом холл.
Стоящие на карауле у широкой лестницы гвардейцы смотрят на нас округлившимися глазами. Левый держит секиру так крепко, что побелели костяшки пальцев.
Наверху кто-то вскрикивает.
Глава 3
Ранжер запрокидывает голову к потолку:
– Я тут подумал… Элор случайно не метку на девушках ищет?
Сверху вновь доносится вскрик.
– Шёл бы ты порядок навёл.
Дворец тревожно поскрипывает. Император вихрем уносится вверх по лестнице.
– А что плохого в поиске метки? – не вполне понимаю я и касаюсь запястья, где стоит метка Арена, и он произносит:
– Если у девушки уже была родовая метка дракона, брачная появляется на ней, но если родовой метки не было, брачная может проступить где угодно.
– В абсолютно любом месте, – многозначительно поясняет Видар, опираясь тростью на первую ступень лестницы.
В любом….
– Он что, девушек раздевает? – с ужасом уточняю я.
Тревожный вскрик на верхних этажах подтверждает моё предположение, ещё и Видар качает головой:
– Похоже на то.
От возмущения на миг теряю дар речи. А обретя его, выпаливаю:
– Он что, совсем с ума сошёл? Раздевать девушек против их воли… это… немыслимо!
– Дурак, – вздыхает Ранжер.
– Отец его остановит, – Арен обнимает меня за талию.