Сухие ветки рассыпаются на угольные тлеющие цилиндрики, пламя захлёбывается в них, и темнота жадно отвоёвывает пещеру.
Протиснувшийся следом за Виторией Арен тянет меня за руку, и через минуту мы вчетвером оказываемся под звёздным небом.
Всё ещё немного настороженные, не вполне понимающие, что ожидать. Коса Витории всеми семью глазами рассматривает меня, и, чувствую, моё оружие изучает её не менее пристально.
Любопытство побеждает, и я спрашиваю:
– Витория, как ты смогла пробить щит Академии? Тогда ты не была денеей, откуда такая мощь?
Семь голубых глазищ вытаращиваются, и коса подпрыгивает в перевязи, вертится.
Витория закатывает глаза и поясняет:
– Свойство Семиглазки – абсорбировать в нас магию из окружающего мира и концентрировать для удара.
– То есть… – у меня в голове немного не укладывается, – она позволяет использовать не только твой собственный источник, но и магию окружающих?
– Есть определённые ограничения, – Витория пожимает плечом, – но в целом да. Основой моего оружия стала разновидность вестника, а поглощение магии – их свойство.
«Теперь понятно, почему она производит такое впечатление», – делится выводом Рассекающая. Чувствую, они с Пронзающим косу изучали, но до меня доносят лишь это короткое замечание.
Помедлив, Витория спрашивает:
– А твоё оружие что делает?
– Мм, стреляет и разрубает.
Кажется, это звучит немного глупо. Кошусь на Сарана. Он, кстати, явился на встречу без оружия. В знак добрых намерений?
– Мм, – Витория дёргает прядь волос.
Три… что-то маленький пистолет мне не досаждает, висит так незаметно, что я о нём забыла. С чего бы это?
– Мы к Эзалону, – Саран обхватывает Виторию за талию.
Их окутывает морозный вихрь, и через миг на припорошённых снегом камнях от них не остаётся и следа. Зато от нас с Ареном их полно: разогретый магией снег тает и стекает к тихо урчащему океану.
– Вот и поговорили, – задумчиво тяну я.
– Довольно неплохо, – Арен игриво пробегается пальцами по моей шее, между лопаток.
– Но у вас вроде неплохие отношения. – Призадумываюсь: они не радовались встрече, в Академии подрались, и с человеческой точки зрения мало похожи даже на просто товарищей.